Цветущая Юта

1. Ну что, на залатанном колесе во вторник 28 апреля мы всё же добрались до малоизвестной юго-западной части Зайона. Сегодня расскажу, смогли ли мы пройти Chinle Trail длиной 16,4 мили (26,4 км) и отыскали ли мы цветки кактуса:



Но начну своё повествование с других цветов – анонсированного в предыдущем посте карликового медвежьего мака Arctomecon humilis, который встречается лишь на очень маленьком пятачке гипсовой пустыни к югу от Сент-Джорджа:



После переезда в южную Юту я слыхал о находящихся под угрозой исчезновения цветах Dwarf bear-poppy. Не пугайтесь – медведи в пустыне не обитают, а своё удивительное название цветы получили из-за сходства их листьев с отпечатками медвежьих лап. Цветут они не накануне Ивана Купала, а в апреле–мае, и 10 апреля мы отправились искать их в White Dome Nature Preserve:



Прошли первый большой трейл – ни одного цветка. Я фанат пустынных пейзажей, но даже на мой вкус тамошние гипсовые поля кажутся чересчур безжизненными:



Мы уже подумали, что приехали слишком рано или что этой сухой весной медвежьи маки решили вообще не расцветать. Без особых ожиданий отправились по небольшой тропе Biotic loop с другой стороны от дороги и увидели вдалеке странный объект, который вначале приняли за ящик с белой крышкой, но, подойдя ближе, убедились, что это кустик того самого bear poppy:



После Долины Смерти цветами в пустыне нас не удивить, но пробивающееся сквозь песок торжество жизни и эволюции всё равно впечатляет. Мы встретили ещё несколько кустов. Некоторые были окружены камушками, чтобы на них случайно не наступили. А возле других высились подозрительные холмики, которые могут быть спящими в земле растениями:



В состав рода Arctomecon из семейства Маковые входят всего три вида. Все они являются эндемиками пустыни Мохаве, но Арктомекон хумилис – самый редкий из них. Ему требуется особая почва с биологической коркой из микроскопических растений и грибов, которая восстанавливается десятилетиями. Как написано на информационном щите: Nowhere else on Earth… Но развитие округа Вашингтон поставило карликовые медвежьи маки на грань исчезновения. Их ареал был разрезан шоссе I-15 и другими дорогами. Как раз недалеко от этого места открылся новый Costco, и пустыня стремительно застраивается домами в вычурном стиле:



В довершение всех бед местных пчёл, которые специфично опыляли медвежий мак, вытеснили африканские пчёлы, которым всё равно, кого опылять. Если маки исчезнут, они не заплачут. Поэтому и мы поспешили навестить редкие цветы, пока их совсем не огородили колючей проволокой. В надежде, что распустятся дремлющие растения, мы выждали две недели и вернулись туда в ветреный день 21 апреля, но свежих цветов оказалось даже меньше, чем в прошлый раз. Те кусты, которые мы уже видели, начали засыхать:



Сомневаюсь, что в мае будет больше цветов. Вот и с поездкой в Зайон, отложенной из-за пробитого колеса, я боялся, что мы не угадаем и не попадём в ту неделю-две, на которые приходится пик цветения. Первая миля тропы Чинле петляла мимо роскошных домов, кустов полыни (sage) и можжевельника (juniper):



Среди трейлов, перечисленных на официальном сайте парка, Chinle Trail – предпоследний, который мы не ходили. После него останется только East Mesa Trail to Observation Point. Мы долго игнорировали юго-западную часть Зайона, несмотря на то, что до неё нам доехать ближе, чем до главного каньона, и даже не надо платить за парковку. Наш годовой пропуск в национальные парки истёк в феврале, когда мы впервые прошли соседний, более короткий трейл Coalpits Wash:



Горы всегда прекрасны, но я хотел отправиться по Chinle Trail в апреле–мае, когда были обещаны полевые цветы. Поднявшись к подножию Mount Kinesava мы стали встречать распускающиеся опунции, но их было не так много, как нам хотелось:



Кроме кактусов, изредка попадались и другие цветы. Тот же ослинник (Oenothera) – я недавно показывал другие, жёлтые цветы из этого же рода:



В какой-то момент мы зашли в заросли белого чертополоха, который я раньше не встречал:



Гугл по картинке определил его как Klasea bulgarica – если так, то это инвазивное растение, которое изначально не из Северной Америки:



Неожиданно мы наткнулись на ствол окаменевшего дерева. Оказалось, что Chinle – название геологической формации, в которой они залегают. Куски были не такие разноцветные как в Petrified Forest National Park в Аризоне, но их ни с чем не спутаешь. Не знал, что в Зайоне есть свой уголок окаменевших деревьев:



Чтобы разнообразить маршрут, мы спустились в параллельный основной тропе каньон Scoggins Wash. Над ним нависал каменный «нос», который издалека выглядел ещё внушительнее и носатее:



Идти стало интереснее. В паре мест со значительным перепадом высоты в иной год были бы водопадики, но этой весной всё пересохло. Флора в каньоне тоже своя:



Наконец, мы поднялись на плато, где уже были, когда ходили Coalpits Wash, и где обозначены места для кемпинга:



Здесь, на солнечной стороне, встречались целые ковры кактусов в разной степени цветения:



Но были и другие цветы. Пока мы дошли до Coalpits Wash Spring – финальной точки пути, где мы перекусили, – только жёлтых цветов я насчитал пять видов:



Оттуда мы уже без особых приключений, самой прямой тропой вернулись к машине. В итоге за 6 часов 45 минут прошли 17,5 миль (28,2 км) – один из самых длинных дневных хайков. Погода была идеальная: не прохладная, но и не слишком жаркая, поэтому пить хотелось меньше, чем летом.



Мы встретили всего 5 человек – непопулярная часть парка. А в основном каньоне, наверняка, толкучка, но мы туда пока не собираемся. В этом апреле в Зайоне уже двое туристов погибли после падения с высоты: один – на знаменитом участке с цепями Angels Landing, другой полез без верёвки в технический Spry Canyon.



Тропа Чинле не вызвала желания пройти по ней второй раз – слишком уж её первоначальный участок обыкновенный. Чтобы посмотреть на цветущие кактусы, необязательно забираться далеко в горы. Одну из самых красивых опунций – фиолетовую с жёлтыми цветами – мы видели возле Red Hills Desert Garden:



Мы часто ездим на прогулки в этот ботанический сад. На этот раз я прочитал в новостях, что в нём цветёт агава и её стрелка каждый день вырастает на фут:



Мой брат сказал, что агаву из ботсада никому не будет интересно смотреть, но раз осталось место до 30 фотографий, я её покажу. Агавы в зависимости от вида живут от 10 до 100 лет, но цветут только раз под конец жизни, после чего умирают. Как рассказал журналистам ботсадовский смотритель: «Пару лет назад в городке Ганлок агава, которой было 50 лет, во время цветения выбросила стрелку 9 метров высотой. При падении она раздавила забор домовладельца».



Агаву мы смотрели 22 апреля. Надо будет вернуться в сад, глянуть, как она поживает, не упала ли ещё. Весной в этом саду много прекрасного: от безобидных бабочек:



До змеек, пугающих прогуливающихся детей:



На самом деле нас эта змея испугала чуть ли не больше, чем детей. Детям было любопытно. В общем, весной в южной Юте приятно и красиво. Природа проснулась, а до летней жарищи, которая начнётся с середины июня, ещё далеко. Цветёт каллиандра пушистолистная (Pink Fairy Duster – английское название мне нравится больше):



Следующий куст цвёл в парке рядом с нашим домом ещё в марте. ИИ определяет его как багрянник западный (Western Redbud). Я сомневаюсь, что это правильная идентификация, но лучше версии у меня нет. Сейчас он стал полностью зелёным и неприметным:



Но больше всех мне нравится дерево с красными метёлками, растущее недалеко от почтовых ящиков. На его счёт гугл уверен, что это каллистемон (Bottlebrush) родом из Австралии – тоже иммигрант:

Источник: andresol.livejournal.com

уникальные шаблоны и модули для dle