Четыре дня без телефона, или О том, как солнце врало, а кот чувствовал фальшь
Юморные рассказы
Борис сидел на кухне, пил чай из моей любимой кружки (той, где написано «Самый лучший начальник», хотя я не начальник), и смотрел в окно с видом человека, который только что вышел из секты и теперь не знает, что делать со свободой.
— Я больше не пользуюсь телефоном, — сказал он.
Я поперхнулся. Борис — это человек, который, когда я его спросил, сколько времени, полез в карман за телефоном, даже если на запястье у него висели командирские часы, способные выдержать ядерный взрыв. Борис и телефон — это было неразрывно, как лебёдка и буровая.
— Почему? — спросил я, откашлявшись.
— Мошенники задолбали, — сказал Борис, отхлебнул чай и продолжил тоном партийного докладчика. — Каждый день звонят: «Ваша карта заблокирована», «Вы выиграли миллион», «Ваш сын попал в ДТП». Я решил: нет телефона — нет проблем. Выключил и положил в тумбочку. Теперь я свободный человек.
— А куда ты его дел?
— В тумбочку, — терпеливо повторил Борис. — В спальне. Рядом с вашими носками. Лежит, отдыхает. Я ему устроил цифровой детокс.
Я посмотрел на Лену. Лена посмотрела на меня. Она знала, что я сейчас начну задавать вопросы, и заранее пожалела Бориса.
— А как ты будешь общаться с женой? — спросил я.
— Она знает, что я у вас. Если что, позвонит вам, — Борис кивнул на мой телефон, лежащий на столе.
— А как ты будешь смотреть новости?
— А зачем мне новости? — искренне удивился Борис. — Там всё равно всё плохо. Либо нефть дешевеет, либо дорожает, либо геофизики опять наврали про залежи. Я и без новостей знаю, что в мире бардак. Мне хватает моей жизни.
— А такси?
— Я пойду пешком, — отрезал Борис. — Я буровой мастер, а не ипохондрик. Километр туда, километр обратно — ноги сами знают дорогу.
— А время? — не унимался я. — Как ты будешь узнавать время?
Борис поднял палец, указал в окно, где за тучами маячило что-то, отдалённо напоминающее солнце, и изрёк:
— Солнце подскажет.
Лена не выдержала и хихикнула. Борис посмотрел на неё с лёгкой обидой, но смолчал.
Первый день Борис ходил по квартире, как лев, выпущенный из клетки, но забывший, где в этой клетке была дверь. Он смотрел в окно, пил чай, гладил Ваську. И тут случилось необъяснимое. Васька — кот, который игнорирует всех, кроме Лены, и то только когда она открывает холодильник, — вдруг пришёл, лёг рядом с Борисом и уставился на него с таким видом, будто перед ним сидел шаман, а не буровой мастер.
— Видишь? — сказал Борис, поглаживая кота с явным превосходством. — Кот чувствует, что я стал другим. Я стал настоящим. Животные всегда чуют фальшь. А я теперь без фальши. Без телефона.
Я промолчал. Васька обычно чувствует только запах кильки, но спорить с человеком, который объявил войну прогрессу, было бесполезно.
На второй день Борис начал нервничать. Он сидел на кухне, смотрел в окно, потом на меня, потом опять в окно и наконец спросил:
— А сколько сейчас времени?
— Половина третьего, — сказал я.
Борис глянул на солнце, потом на свои часы, которые он, к счастью, не убрал в тумбочку, потом опять на солнце. Солнце висело где-то над соседним домом, отбрасывая тень, которую можно было интерпретировать как угодно — хоть как полдень, хоть как закат, хоть как знак свыше.
— Солнце врёт, — наконец вынес вердикт Борис.
— Солнце не врёт, — сказал я, стараясь говорить спокойно. — Просто мы привыкли к точности. Солнце — это аналоговые часы с погрешностью плюс-минус два часа.
— Раньше люди жили без часов, — настаивал Борис. — И ничего.
— Раньше люди умирали в тридцать лет, — сказал я, потому что это была чистая правда и потому что мне надоело быть голосом разума в этом разговоре.
Борис посмотрел на меня с таким выражением, будто я предложил заменить буровой раствор на кефир. И замолчал.
На третий день он сломался. Я это понял, когда зашёл на кухню и увидел, что Борис сидит за столом с каким-то глянцевым журналом за прошлый год. Там были статьи про то, как правильно выбрать шторы в спальню, и интервью с актрисой, которую он в жизни не видел. Но Борис вчитывался в каждую строчку, как в секретные документы.
— Газеты у вас нет? — спросил он, поднимая голову.
— Мы не выписываем, — честно сказал я. — Новости в телефоне читаем.
Борис посмотрел на меня с укоризной, достойной инквизитора, и пошёл шариться в шкафу со старыми журналами. Нашёл там какой-то рекламный проспект из почтового ящика, но в нём были только цены на пиццу, и Борис с неохотой вернулся к глянцу.
Лена шепнула мне, когда Борис увлёкся статьёй о том, как укрепить ногти с помощью лимонного сока:
— Он сдаётся.
— Держится из последних сил, — ответил я шепотом. — Ещё день, и он начнёт просить у меня пароль от Wi-Fi.
Но Борис не попросил пароль. Он дочитал журнал, потом нашёл в шкафу старый номер «За рулём» за 2021 год и углубился в сравнение технических характеристик Lada Vesta и Hyundai Solaris. Я смотрел на него и думал: человек готов читать что угодно, лишь бы не признать, что мир без телефона — это не свобода, это ссылка.
На четвёртый день я проснулся от того, что на кухне кто-то тихо матерился. Вышел. Борис сидел за столом, держал свой телефон, который он извлёк из тумбочки рядом с моими носками, и смотрел на экран с таким облегчением, будто нашёл спасательный круг после кораблекрушения.
— Я сдаюсь, — сказал он, даже не пытаясь оправдываться. — Современный человек не может без телефона. Это не слабость, это реальность.
— Что случилось? — спросил я, наливая чай.
— Жена звонила вам, — Борис вздохнул. — Вы не слышали. Она переживала, где я. Я пропустил её звонок. Она думала, что я в больнице или что со мной что-то случилось. Пришлось объяснять, что я проводил эксперимент.
— И что она сказала?
— Сказала, что эксперименты пусть проводит в Костроме, а не в Москве, где она не может меня проверить. — Борис посмотрел на телефон с нежностью, которую я раньше видел только у него при рассказе о буровой «Уралмаш БУ5000». — Сказала, чтобы я больше не выключал. И чтобы код из СМС называл, если она попросит.
— Код из СМС не надо, — машинально сказал я, потому что это была единственная фраза, которую я вбил себе в голову после трёх лет борьбы с мошенниками.
— Это я так, для красного словца, — отмахнулся Борис. — Она не попросит. Она просто сказала, чтобы я был на связи. И я буду.
Он уже листал новости, проверял пропущенные, смотрел погоду на завтра. На его лице была улыбка. Не та, с которой он ввалился к нам четыре дня назад, объявляя себя свободным человеком. А другая — спокойная, даже немного смущённая. Как у человека, который понял, что сбежать от реальности можно только в тумбочку, но рано или поздно телефон всё равно зазвонит.
Я сел напротив, отхлебнул чай и подумал: цифровой детокс — это как пост. Хорошо, когда знаешь, что можешь его выдержать. Но ещё лучше, когда знаешь, что можешь его закончить.
— А журнал-то, который про шторы, ты дочитал? — спросил я.
— Дочитал, — сказал Борис, не отрываясь от экрана. — Там в конце советовали вешать тюль на люверсы. Я запомнил. Жене расскажу. Может, пригодится.
Я кивнул. И представил, как в Костроме, в доме Бориса, скоро появятся новые шторы. А в тумбочке, рядом с моими носками, останется только лёгкое недоумение от того, что кто-то всерьёз пытался прожить четыре дня без телефона, но не смог.
Так-то.
Борис сидел на кухне, пил чай из моей любимой кружки (той, где написано «Самый лучший начальник», хотя я не начальник), и смотрел в окно с видом человека, который только что вышел из секты и теперь не знает, что делать со свободой.
— Я больше не пользуюсь телефоном, — сказал он.
Я поперхнулся. Борис — это человек, который, когда я его спросил, сколько времени, полез в карман за телефоном, даже если на запястье у него висели командирские часы, способные выдержать ядерный взрыв. Борис и телефон — это было неразрывно, как лебёдка и буровая.
— Почему? — спросил я, откашлявшись.
— Мошенники задолбали, — сказал Борис, отхлебнул чай и продолжил тоном партийного докладчика. — Каждый день звонят: «Ваша карта заблокирована», «Вы выиграли миллион», «Ваш сын попал в ДТП». Я решил: нет телефона — нет проблем. Выключил и положил в тумбочку. Теперь я свободный человек.
— А куда ты его дел?
— В тумбочку, — терпеливо повторил Борис. — В спальне. Рядом с вашими носками. Лежит, отдыхает. Я ему устроил цифровой детокс.
Я посмотрел на Лену. Лена посмотрела на меня. Она знала, что я сейчас начну задавать вопросы, и заранее пожалела Бориса.
— А как ты будешь общаться с женой? — спросил я.
— Она знает, что я у вас. Если что, позвонит вам, — Борис кивнул на мой телефон, лежащий на столе.
— А как ты будешь смотреть новости?
— А зачем мне новости? — искренне удивился Борис. — Там всё равно всё плохо. Либо нефть дешевеет, либо дорожает, либо геофизики опять наврали про залежи. Я и без новостей знаю, что в мире бардак. Мне хватает моей жизни.
— А такси?
— Я пойду пешком, — отрезал Борис. — Я буровой мастер, а не ипохондрик. Километр туда, километр обратно — ноги сами знают дорогу.
— А время? — не унимался я. — Как ты будешь узнавать время?
Борис поднял палец, указал в окно, где за тучами маячило что-то, отдалённо напоминающее солнце, и изрёк:
— Солнце подскажет.
Лена не выдержала и хихикнула. Борис посмотрел на неё с лёгкой обидой, но смолчал.
Первый день Борис ходил по квартире, как лев, выпущенный из клетки, но забывший, где в этой клетке была дверь. Он смотрел в окно, пил чай, гладил Ваську. И тут случилось необъяснимое. Васька — кот, который игнорирует всех, кроме Лены, и то только когда она открывает холодильник, — вдруг пришёл, лёг рядом с Борисом и уставился на него с таким видом, будто перед ним сидел шаман, а не буровой мастер.
— Видишь? — сказал Борис, поглаживая кота с явным превосходством. — Кот чувствует, что я стал другим. Я стал настоящим. Животные всегда чуют фальшь. А я теперь без фальши. Без телефона.
Я промолчал. Васька обычно чувствует только запах кильки, но спорить с человеком, который объявил войну прогрессу, было бесполезно.
На второй день Борис начал нервничать. Он сидел на кухне, смотрел в окно, потом на меня, потом опять в окно и наконец спросил:
— А сколько сейчас времени?
— Половина третьего, — сказал я.
Борис глянул на солнце, потом на свои часы, которые он, к счастью, не убрал в тумбочку, потом опять на солнце. Солнце висело где-то над соседним домом, отбрасывая тень, которую можно было интерпретировать как угодно — хоть как полдень, хоть как закат, хоть как знак свыше.
— Солнце врёт, — наконец вынес вердикт Борис.
— Солнце не врёт, — сказал я, стараясь говорить спокойно. — Просто мы привыкли к точности. Солнце — это аналоговые часы с погрешностью плюс-минус два часа.
— Раньше люди жили без часов, — настаивал Борис. — И ничего.
— Раньше люди умирали в тридцать лет, — сказал я, потому что это была чистая правда и потому что мне надоело быть голосом разума в этом разговоре.
Борис посмотрел на меня с таким выражением, будто я предложил заменить буровой раствор на кефир. И замолчал.
На третий день он сломался. Я это понял, когда зашёл на кухню и увидел, что Борис сидит за столом с каким-то глянцевым журналом за прошлый год. Там были статьи про то, как правильно выбрать шторы в спальню, и интервью с актрисой, которую он в жизни не видел. Но Борис вчитывался в каждую строчку, как в секретные документы.
— Газеты у вас нет? — спросил он, поднимая голову.
— Мы не выписываем, — честно сказал я. — Новости в телефоне читаем.
Борис посмотрел на меня с укоризной, достойной инквизитора, и пошёл шариться в шкафу со старыми журналами. Нашёл там какой-то рекламный проспект из почтового ящика, но в нём были только цены на пиццу, и Борис с неохотой вернулся к глянцу.
Лена шепнула мне, когда Борис увлёкся статьёй о том, как укрепить ногти с помощью лимонного сока:
— Он сдаётся.
— Держится из последних сил, — ответил я шепотом. — Ещё день, и он начнёт просить у меня пароль от Wi-Fi.
Но Борис не попросил пароль. Он дочитал журнал, потом нашёл в шкафу старый номер «За рулём» за 2021 год и углубился в сравнение технических характеристик Lada Vesta и Hyundai Solaris. Я смотрел на него и думал: человек готов читать что угодно, лишь бы не признать, что мир без телефона — это не свобода, это ссылка.
На четвёртый день я проснулся от того, что на кухне кто-то тихо матерился. Вышел. Борис сидел за столом, держал свой телефон, который он извлёк из тумбочки рядом с моими носками, и смотрел на экран с таким облегчением, будто нашёл спасательный круг после кораблекрушения.
— Я сдаюсь, — сказал он, даже не пытаясь оправдываться. — Современный человек не может без телефона. Это не слабость, это реальность.
— Что случилось? — спросил я, наливая чай.
— Жена звонила вам, — Борис вздохнул. — Вы не слышали. Она переживала, где я. Я пропустил её звонок. Она думала, что я в больнице или что со мной что-то случилось. Пришлось объяснять, что я проводил эксперимент.
— И что она сказала?
— Сказала, что эксперименты пусть проводит в Костроме, а не в Москве, где она не может меня проверить. — Борис посмотрел на телефон с нежностью, которую я раньше видел только у него при рассказе о буровой «Уралмаш БУ5000». — Сказала, чтобы я больше не выключал. И чтобы код из СМС называл, если она попросит.
— Код из СМС не надо, — машинально сказал я, потому что это была единственная фраза, которую я вбил себе в голову после трёх лет борьбы с мошенниками.
— Это я так, для красного словца, — отмахнулся Борис. — Она не попросит. Она просто сказала, чтобы я был на связи. И я буду.
Он уже листал новости, проверял пропущенные, смотрел погоду на завтра. На его лице была улыбка. Не та, с которой он ввалился к нам четыре дня назад, объявляя себя свободным человеком. А другая — спокойная, даже немного смущённая. Как у человека, который понял, что сбежать от реальности можно только в тумбочку, но рано или поздно телефон всё равно зазвонит.
Я сел напротив, отхлебнул чай и подумал: цифровой детокс — это как пост. Хорошо, когда знаешь, что можешь его выдержать. Но ещё лучше, когда знаешь, что можешь его закончить.
— А журнал-то, который про шторы, ты дочитал? — спросил я.
— Дочитал, — сказал Борис, не отрываясь от экрана. — Там в конце советовали вешать тюль на люверсы. Я запомнил. Жене расскажу. Может, пригодится.
Я кивнул. И представил, как в Костроме, в доме Бориса, скоро появятся новые шторы. А в тумбочке, рядом с моими носками, останется только лёгкое недоумение от того, что кто-то всерьёз пытался прожить четыре дня без телефона, но не смог.
Так-то.
Источник: prikolisti.mirtesen.ru
Комментарии (0)
{related-news}
[/related-news]