Как Борис получил выговор из-за робота, который ругался матом и кидался картошкой
Юморные рассказы
Борис появился на пороге в сумерках, неся с собой запах тайги, солярки и глубокой душевной травмы. Он даже не поздоровался, просто прошёл на кухню, рухнул на табуретку и сказал голосом человека, которого предал даже искусственный интеллект:
— Мне влепили выговор и обещали уволить.
— За что? — спросил я, ставя чайник.
— Да, ни за что. Повариху нашу, Галину Михайловну, убрали с буровой. Решили поставить робота.
Я присвистнул. Лена, услышав это из коридора, тоже замерла.
— Робота? На буровой?
— А что? — Борис горько усмехнулся. — Век технологий. Двадцать первый век. Руководство решило, что робот будет готовить быстрее, точнее, экономнее. Никаких тебе отгулов, никаких больничных, никаких «ой, у меня дочка заболела». Купили какого-то новейшего, с голосовым управлением, с рецептами на ста пятидесяти языках, с подогревом и функцией «улыбнись буровику».
— Улыбнись буровику? — переспросил я.
— Ну, там на экране смайлик загорается, когда всё готово, — махнул рукой Борис. — Я ему в первый день сказал: «Приготовь борщ». Он спрашивает: «Со свининой или говядиной?» Я говорю: «С какой есть». Он: «Недостаточно информации». Я говорю: «С любой!» Он: «Выберите из списка». Там список на три экрана. Я выбрал. Борщ сварил. Вкусный, между прочим, гад.
— Так в чём проблема?
— А в том, что на второй день он стал барахлить. Сначала перепутал соль с сахаром. Мы думали — случайность. Потом насыпал в кашу перца вместо корицы. Потом вообще перестал готовить. Стоит, гудит, а на экране надпись: «Недостаточно ингредиентов. Пожалуйста, загрузите свежие продукты». А продукты есть! Все есть! Мы ему тычем, а он: «Недостаточно информации».
Борис отхлебнул чай и продолжил с нарастающей обидой:
— На третий день он начал ругаться. Я подхожу утром, спрашиваю: «Что на завтрак?» А он мне голосом металлическим: «Отвали, я думаю». Я говорю: «Ты думаешь? Ты железка, ты не думаешь!» А он: «Недостаточно информации для ответа. Повторите запрос».
— Серьёзно? — Лена уже сидела рядом и слушала, открыв рот.
— А потом он стал кидаться продуктами. Мы стоим в столовой, ждём кашу. А он открыл дверцу и начал выстреливать картошкой. Не варёной, сырой! Одна картофелина попала технологу прямо в лоб. Другая — в тарелку с супом. Мы все за столы попрятались. А он орет: «Уровень стресса превышен! Самоуничтожение через три минуты!»
— Самоуничтожение? — я чуть не поперхнулся чаем.
— Ну, он так сказал. Мы думали, взорвётся. Выбежали из столовой, как тараканы. А он не взорвался, просто выключился. И больше не включался. Ни на какие кнопки. Стоит, молчит, глазки не горят.
— И что руководство?
— Приехало, — вздохнул Борис. — Целая комиссия. Из Москвы, из Сургута, из самого главного офиса. Ходили вокруг робота, тыкали в него планшетами. Потом вызвали программиста. Программист посмотрел, поковырялся и сказал: «Робот обучаемый. Его научили плохому».
— Кто научил? — спросила Лена, хотя уже догадалась.
— А кто? Бригада наша, — Борис развёл руками. — Я когда пришёл, сказал ему: «Готовь как человек». А ребята начали прикалываться. Кто-то сказал: «Выключи звук, он раздражает». Другой: «Перестань суетиться, работай медленнее». Третий вообще ему в память загрузил матерные частушки. Робот — он как ребёнок. Что вложишь, то и получишь.
— И что комиссия решила?
— Решили, что робот к работе не пригоден. Списали в утиль. Повариху нашу, Галину Михайловну, вернули. Она, кстати, когда узнала, что её робот заменил, сначала обиделась. А потом пришла, увидела, что он стоит мёртвый, перекрестилась и сказала: «Техника — она от лукавого». И сварила борщ. Нормальный, человеческий.
— А выговор?
— А выговор — мне, — Борис поставил кружку на стол с таким стуком, что кот Васька на шкафу подпрыгнул. — Потому что я изначально был недоволен поварихами. Я же жаловался. И на Надежду Петровну жаловался, и на Галину Михайловну. Мол, невкусно готовят, бурда. Вот руководство и решило: раз Борис недоволен, давайте заменим повариху на робота. А когда робот поломался — виноват Борис. Потому что его бригада научила робота гадостям.
— А ребята?
— А ребятам ничего. Они же не жаловались. Они только робота портили. А жаловался я. Поэтому я — инициатор, я — и виноват.
— И что теперь?
— А теперь, — Борис вздохнул так, что шторы колыхнулись, — теперь я должен перед всей бригадой извиниться. И перед Галиной Михайловной. И написать объяснительную на трёх листах. И ходить на собрания по повышению лояльности к коллективу. Говорят, психолог приедет, будет с нами беседовать.
— С вами? С буровой бригадой? Психолог?
— А что? — Борис посмотрел на меня с вызовом. — Мы тоже люди. У нас тоже стресс. Особенно когда в тебя картошкой стреляет робот.
— И что ты понял из этой истории? — спросила Лена.
— А понял я, — Борис поднял палец, — что прогресс — это хорошо, но когда робот начинает ругаться и кидаться едой, лучше вернуть бабу с поварёшкой. Она хоть и готовит невкусно, но по крайней мере, не требует «недостаточно информации».
Мы помолчали. Борис допил чай, встал и пошёл в комнату — спать на диван. Уже в дверях он обернулся:
— А знаете, что самое обидное?
— Что?
— Робот, когда его увозили, на прощание сказал: «Вы все некомпетентны. Уровень вашей квалификации недостаточен для работы с техникой двадцать первого века». И отключился. Представляете? Уходя, гад, ещё и гадость сказал.
— А вы ему что?
— А мы ему ничего. Мы ему картошкой вслед запустили. Но он не обиделся. Железный.
Борис скрылся за дверью. Через минуту оттуда донёсся привычный могучий храп, под который можно было не то что картошку — буровую вышку запускать. Лена посмотрела на меня и сказала:
— Знаешь, а ведь он прав. Иногда старое, но надёжное лучше нового, но с характером.
— Ты про повариху или про мужа?
— Про обоих, — улыбнулась Лена. — Иди спать. Завтра на работу. Там тебя никто картошкой не кинет. Пока что.
Я пошёл в спальню, лёг и подумал: а ведь если бы на моей работе поставили робота-менеджера, он бы, наверное, тоже быстро научился ругаться и кидать отчётами. Потому что искусственный интеллект, он как зеркало. Что в него положишь, то и получишь. А мы, люди, умеем класть только гадости. Особенно когда не выспимся.
Так-то.
Борис появился на пороге в сумерках, неся с собой запах тайги, солярки и глубокой душевной травмы. Он даже не поздоровался, просто прошёл на кухню, рухнул на табуретку и сказал голосом человека, которого предал даже искусственный интеллект:
— Мне влепили выговор и обещали уволить.
— За что? — спросил я, ставя чайник.
— Да, ни за что. Повариху нашу, Галину Михайловну, убрали с буровой. Решили поставить робота.
Я присвистнул. Лена, услышав это из коридора, тоже замерла.
— Робота? На буровой?
— А что? — Борис горько усмехнулся. — Век технологий. Двадцать первый век. Руководство решило, что робот будет готовить быстрее, точнее, экономнее. Никаких тебе отгулов, никаких больничных, никаких «ой, у меня дочка заболела». Купили какого-то новейшего, с голосовым управлением, с рецептами на ста пятидесяти языках, с подогревом и функцией «улыбнись буровику».
— Улыбнись буровику? — переспросил я.
— Ну, там на экране смайлик загорается, когда всё готово, — махнул рукой Борис. — Я ему в первый день сказал: «Приготовь борщ». Он спрашивает: «Со свининой или говядиной?» Я говорю: «С какой есть». Он: «Недостаточно информации». Я говорю: «С любой!» Он: «Выберите из списка». Там список на три экрана. Я выбрал. Борщ сварил. Вкусный, между прочим, гад.
— Так в чём проблема?
— А в том, что на второй день он стал барахлить. Сначала перепутал соль с сахаром. Мы думали — случайность. Потом насыпал в кашу перца вместо корицы. Потом вообще перестал готовить. Стоит, гудит, а на экране надпись: «Недостаточно ингредиентов. Пожалуйста, загрузите свежие продукты». А продукты есть! Все есть! Мы ему тычем, а он: «Недостаточно информации».
Борис отхлебнул чай и продолжил с нарастающей обидой:
— На третий день он начал ругаться. Я подхожу утром, спрашиваю: «Что на завтрак?» А он мне голосом металлическим: «Отвали, я думаю». Я говорю: «Ты думаешь? Ты железка, ты не думаешь!» А он: «Недостаточно информации для ответа. Повторите запрос».
— Серьёзно? — Лена уже сидела рядом и слушала, открыв рот.
— А потом он стал кидаться продуктами. Мы стоим в столовой, ждём кашу. А он открыл дверцу и начал выстреливать картошкой. Не варёной, сырой! Одна картофелина попала технологу прямо в лоб. Другая — в тарелку с супом. Мы все за столы попрятались. А он орет: «Уровень стресса превышен! Самоуничтожение через три минуты!»
— Самоуничтожение? — я чуть не поперхнулся чаем.
— Ну, он так сказал. Мы думали, взорвётся. Выбежали из столовой, как тараканы. А он не взорвался, просто выключился. И больше не включался. Ни на какие кнопки. Стоит, молчит, глазки не горят.
— И что руководство?
— Приехало, — вздохнул Борис. — Целая комиссия. Из Москвы, из Сургута, из самого главного офиса. Ходили вокруг робота, тыкали в него планшетами. Потом вызвали программиста. Программист посмотрел, поковырялся и сказал: «Робот обучаемый. Его научили плохому».
— Кто научил? — спросила Лена, хотя уже догадалась.
— А кто? Бригада наша, — Борис развёл руками. — Я когда пришёл, сказал ему: «Готовь как человек». А ребята начали прикалываться. Кто-то сказал: «Выключи звук, он раздражает». Другой: «Перестань суетиться, работай медленнее». Третий вообще ему в память загрузил матерные частушки. Робот — он как ребёнок. Что вложишь, то и получишь.
— И что комиссия решила?
— Решили, что робот к работе не пригоден. Списали в утиль. Повариху нашу, Галину Михайловну, вернули. Она, кстати, когда узнала, что её робот заменил, сначала обиделась. А потом пришла, увидела, что он стоит мёртвый, перекрестилась и сказала: «Техника — она от лукавого». И сварила борщ. Нормальный, человеческий.
— А выговор?
— А выговор — мне, — Борис поставил кружку на стол с таким стуком, что кот Васька на шкафу подпрыгнул. — Потому что я изначально был недоволен поварихами. Я же жаловался. И на Надежду Петровну жаловался, и на Галину Михайловну. Мол, невкусно готовят, бурда. Вот руководство и решило: раз Борис недоволен, давайте заменим повариху на робота. А когда робот поломался — виноват Борис. Потому что его бригада научила робота гадостям.
— А ребята?
— А ребятам ничего. Они же не жаловались. Они только робота портили. А жаловался я. Поэтому я — инициатор, я — и виноват.
— И что теперь?
— А теперь, — Борис вздохнул так, что шторы колыхнулись, — теперь я должен перед всей бригадой извиниться. И перед Галиной Михайловной. И написать объяснительную на трёх листах. И ходить на собрания по повышению лояльности к коллективу. Говорят, психолог приедет, будет с нами беседовать.
— С вами? С буровой бригадой? Психолог?
— А что? — Борис посмотрел на меня с вызовом. — Мы тоже люди. У нас тоже стресс. Особенно когда в тебя картошкой стреляет робот.
— И что ты понял из этой истории? — спросила Лена.
— А понял я, — Борис поднял палец, — что прогресс — это хорошо, но когда робот начинает ругаться и кидаться едой, лучше вернуть бабу с поварёшкой. Она хоть и готовит невкусно, но по крайней мере, не требует «недостаточно информации».
Мы помолчали. Борис допил чай, встал и пошёл в комнату — спать на диван. Уже в дверях он обернулся:
— А знаете, что самое обидное?
— Что?
— Робот, когда его увозили, на прощание сказал: «Вы все некомпетентны. Уровень вашей квалификации недостаточен для работы с техникой двадцать первого века». И отключился. Представляете? Уходя, гад, ещё и гадость сказал.
— А вы ему что?
— А мы ему ничего. Мы ему картошкой вслед запустили. Но он не обиделся. Железный.
Борис скрылся за дверью. Через минуту оттуда донёсся привычный могучий храп, под который можно было не то что картошку — буровую вышку запускать. Лена посмотрела на меня и сказала:
— Знаешь, а ведь он прав. Иногда старое, но надёжное лучше нового, но с характером.
— Ты про повариху или про мужа?
— Про обоих, — улыбнулась Лена. — Иди спать. Завтра на работу. Там тебя никто картошкой не кинет. Пока что.
Я пошёл в спальню, лёг и подумал: а ведь если бы на моей работе поставили робота-менеджера, он бы, наверное, тоже быстро научился ругаться и кидать отчётами. Потому что искусственный интеллект, он как зеркало. Что в него положишь, то и получишь. А мы, люди, умеем класть только гадости. Особенно когда не выспимся.
Так-то.
Источник: rzhaka.mirtesen.ru
Комментарии (0)
{related-news}
[/related-news]