Сосед за шкафом
Animals
Байкал просто сидел рядом и смотрел на шкаф, как будто ждал чего-то. Иногда он приносил косточку и клал её у шкафа. Кузьма смотрел на неё, потом на пса и качал головой:
— А тебе чего? Я костей не ем...
Старый каменный дом почти в самом центре Канска Сергей приметил давно. Ещё когда работал на трассе, каждый рейс проезжал мимо и невольно сбрасывал скорость.
Резные наличники, широкое крыльцо, старые яблони во дворе – именно таким он представлял дом, в котором хотел встретить старость.
Когда он продал фуру и наконец рассчитался с долгами, оказалось, что дом выставлен на продажу. Прежний хозяин недавно умер, а его сын давно жил в Новосибирске и решил продать наследство.
Всё прошло на удивление гладко. Они продали свой старый домишко, добавили то, что осталось от продажи машины. И через два месяца Сергей с Мариной, Байкалом и Матильдой уже перевозили вещи. Только они не знали, что дом вовсе не пустовал...
За старым шкафом уже много десятков лет жил домовой Кузьма.
Он появился здесь ещё тогда, когда плотники закончили крыть крышу. Видел, как росли дети хозяина, как ушла из жизни его жена, как состарился сам хозяин и как однажды дом опустел совсем.
Последние годы Кузьма привык к тишине. Всё лежало на своих местах, никто не хлопал дверями, не двигал мебель и не шумел по вечерам.
И вдруг... Во двор въехала машина и из неё высыпала целая семья: собака, кошка, чемоданы, коробки.
— Вот ведь наказание... — проворчал Кузьма, прячась за шкаф. — Жил же спокойно...
Сергей с Мариной были в восторге. Они и представить не могли, что когда-нибудь будут жить в таком просторном доме.
— Посмотри, какой шкаф! — восхитилась Марина. — Настоящий дубовый. Надо переставить его в спальню.
Сергей упёрся плечом, попробовал сдвинуть шкаф с места, но тот даже не шелохнулся.
— Ладно, пусть пока здесь стоит. Потом разберёмся.
За шкафом Кузьма облегчённо перевёл дух.
Матильда, едва переступив порог, вдруг насторожилась. Медленно подошла к шкафу, обошла его кругом, села напротив и уставилась в пустоту. Её глаза, ярко-голубые на свету, потемнели и расширились.
— Чего уставилась? — проворчал Кузьма. — Домового никогда не видела?
Кошка тихонько замурлыкала, медленно протянула лапу и коснулась чего-то невидимого. Затем вдруг подпрыгнула, словно кто-то дёрнул её за хвост.
— Это ещё что? — удивился Сергей. — Мышь, что ли, учуяла?
К шкафу подошёл и Байкал. Он долго принюхивался, потом сел рядом с Матильдой и тихонько заскулил.
— Да что вы там нашли?
Сергей заглянул под шкаф, распахнул дверцы. Пусто.
— Никого нет.
Марина задумчиво посмотрела на животных.
— Это ты никого не видишь. А они, похоже, что-то чувствуют...
Первые дни прошли спокойно. Кузьма из своего убежища наблюдал, как новые хозяева обживаются. Они раскладывали вещи, вешали занавески, мыли окна. К счастью, шкаф больше никто не двигал.
Только Матильда время от времени приходила к нему. Садилась напротив, мурлыкала и пыталась поймать лапой что-то невидимое. Иногда она приносила ему свои игрушки и оставляла у шкафа, будто приглашая поиграть.
— Некогда мне с тобой баловаться, — ворчал Кузьма.
Байкал тоже приходил. Он просто сидел рядом и смотрел на шкаф, как будто ждал чего-то.
Иногда он приносил косточку и клал её у шкафа. Кузьма смотрел на неё, потом на пса и качал головой:
— А тебе чего? Я костей не ем...
Потом начались странности.
Сергей с утра не мог найти ключи от машины. Обыскал все карманы, прошёлся по комнатам, заглянул под диван.
— Марина, ты мои ключи не видела?
— Нет. Ищи там, куда обычно кладёшь.
— На полку у двери.
Но на полке ключей не было.
Нашлись они только к вечеру. Лежали на подоконнике в дальней комнате, куда Сергей в тот день вообще не заходил.
— Сам положил и забыл, — пробормотал он, хотя был совершенно уверен, что не клал.
Через день пропали очки Марины, потом записная книжка Сергея. Вещи стали пропадать с завидной регулярностью.
Однажды они проснулись ночью от стука. Кто-то методично стучал по батарее. Сергей лежал с открытыми глазами, прислушиваясь.
— Дом чудит, — прошептал он Марине. — Старый, вот и скрипит, надо бы трубы проверить.
— Батареи сами по себе не стучат, — задумчиво ответила Марина. — Тридцать два раза.
— Ты считала?
— Считала.
Сергей посмотрел на неё, потом на Байкала, который сидел у шкафа и внимательно смотрел в угол.
— И животные какие-то странные…
Марина ничего не ответила.
С той ночи она начала разговаривать с домом. Не громко, так, как разговаривают сами с собой.
Входила в комнату и говорила: «Добрый день». Уходила спать: «Спокойной ночи». Готовила пирог – оставляла маленький кусочек на блюдце у шкафа.
— Ты с кем разговариваешь? — однажды спросил Сергей.
— С домом.
Сергей покрутил пальцем у виска, но ничего не сказал.
Потом Марина начала замечать, что пропадать стали только вещи Сергея. Её вещи всегда оставались на месте. Однажды она уронила клубок шерсти, и тот покатился под шкаф и вдруг остановился сам.
В другой раз она оставила на плите кашу и забыла, заговорившись по телефону. Когда вспомнила и прибежала на кухню, огонь был выключен. Сергей в то время работал в гараже. Марина постояла у плиты, потом негромко сказала:
— Спасибо.
В ответ тишина, только Матильда подошла к шкафу и потёрлась об него боком.
Постепенно новосёлы стали привыкать к особенностям дома, да и вещи стали пропадать всё реже.
Только иногда по вечерам Матильда вдруг соскакивала с места и начинала носиться по комнатам, гоняясь за кем-то невидимым. Байкал с радостным лаем бросался следом, сшибая половики и стулья.
Марина в такие минуты смеялась до слёз. А Сергей только разводил руками:
— Ну всё... Опять началось.
Через несколько минут в доме снова становилось тихо. Животные ложились возле шкафа, а Кузьма, переводя дух, ворчал:
— Вот же неугомонная... Совсем старика загоняла.
Однажды к ним в гости приехала дочь Марины Ольга с сыном Мишей. У мальчика была аллергия на кошку, но он очень по ней скучал, и Ольга иногда привозила его с ней поиграть.
Мальчику было пять лет, и старый дом произвёл на него впечатление настоящего замка. Он носился по комнатам, гремел дверьми, гонялся за Матильдой и без конца задавал вопросы:
— А это что? А здесь что? А туда можно?
Кузьма был ошарашен таким напором. Он пытался прятаться то в одной комнате, то в другой, но шумный ребёнок был везде и сразу.
— Этого ещё не хватало... Будто мне хвостатых мало.
Матильда сначала терпела, потом забилась под диван. Байкал тоже быстро понял, что играть сегодня не хочет, и забрался под кухонный стол, поближе к Сергею.
Только Миша не унимался: то искал кошку, то заглядывал под стол к псу, то снова мчался по дому.
Взрослые уже давно устроились на кухне за чаем и разговорами, а Кузьма чувствовал, что ещё немного – и его голова треснет. Этот неугомонный ребёнок сводил его с ума.
И когда мальчик на секунду остановился около лестницы на чердак, с интересом заглядывая наверх, крышка люка вдруг открылась с тихим скрипом...
Миша оглянулся по сторонам. Взрослых рядом не было. Любопытство пересилило, и он начал подниматься.
На чердаке, под самой крышей, тянулись толстые пыльные балки. Пахло старым деревом и бумагой. В углу стояла детская коляска, рядом стопки старых журналов и книжек с картинками.
На полу лежал свёрнутый старый матрас. Миша потрогал его. Мягкий. Он взял первую попавшуюся книжку, развернул матрас, присел и стал смотреть картинки. Читать он ещё не умел.
Из слухового окошка пробивался тусклый свет, создавая причудливые тени. Мальчику казалось, что он попал в настоящий старинный замок. Было очень тихо, только ветер едва слышно шуршал по крыше.
Через несколько минут, увлечённый картинками, он задремал. Люк чердака тихонько качнулся и медленно закрылся. В доме наступила внезапная тишина...
Лишь через полчаса взрослые поняли, что мальчика нет.
— Миша! — Ольга выглянула в коридор. — Где ты?
Тишина.
— Миша!
Началась настоящая паника. Сергей, обычно спокойный и рассудительный, теперь лихорадочно обыскивал каждый угол. Байкал носился из комнаты в комнату, тревожно поскуливая.
Ольга, бледная, как полотно, металась по дому, зовя сына:
— Миша, сынок… отзовись, прошу тебя… — её голос срывался на плач.
— Надо звонить в полицию, — наконец сказал Сергей.
От этих слов Ольга зарыдала уже во весь голос. Марина застыла посреди гостиной, её бил озноб.
— Он не мог уйти на улицу, — прошептала она. — Он здесь, в доме...
Оставшись в комнате одна, она бросилась к шкафу:
— Я знаю, что ты здесь... Если это ты... помоги нам, — голос дрожал, слёзы застилали глаза. — Пожалуйста...
Тишина.
— Сам виноват, — пробурчал домовой.
Марина опустилась на пол, прислонившись к шкафу. Она прижала руки к лицу, плечи затряслись.
— Он же совсем маленький…
За шкафом тяжело вздохнули. Потом тихонько скрипнули половицы.
— Ладно... — протянул Кузьма, — ишь, разревелись.
На секунду стало совсем тихо. Старый дом словно прислушивался к чему-то.
И вдруг Матильда резко вскочила. Шерсть на загривке встала дыбом, глаза засветились. Она метнулась к лестнице, взлетела по ступеням и замерла у люка, глядя на Марину.
Байкал тоже подбежал к лестнице и издал короткий, отрывистый лай.
— Сергей, — крикнула Марина. — Иди сюда!
Он ворвался со двора.
— Ну, что вы ещё придумали? Думаете он на чердаке? Крышка тяжёлая, он бы ни в жизнь её не поднял.
— А ты всё равно проверь, — потребовала Марина, вытирая слёзы.
Сергей, чертыхаясь, полез наверх. Крышка люка поддалась с трудом. В тусклом свете он увидел Мишку, спящего на старом матрасе, с книжкой в руках.
— Нашёл! — облегчённо крикнул Сергей. — Он здесь, спит!
Снизу донеслись рыдания и смех одновременно. Сергей осторожно поднял Мишу на руки. Уже спускаясь, он на секунду остановился и оглянулся вокруг.
Пыльные балки, старые вещи, тихий свет из слухового окна.
— Как он сюда залез?.. — пробормотал он про себя.
Вечером, когда Ольга с Мишей уехали, Марина долго сидела на кухне. Потом встала, отрезала кусок пирога, налила молока в блюдце и поставила за шкаф.
— Спасибо, — сказала она тихо.
Из-за шкафа раздался тихий скрип. Сергей вошёл на кухню, увидел блюдце.
— Это кому?
— Нашему соседу, — спокойно ответила Марина.
Сергей посмотрел на блюдце, на шкаф, на пса, который устроился рядом с таким видом, будто охраняет что-то важное.
— Ну... если сосед хороший, пусть остаётся.
Автор АНАТОЛИЙ ХРИСТЮХА
Байкал просто сидел рядом и смотрел на шкаф, как будто ждал чего-то. Иногда он приносил косточку и клал её у шкафа. Кузьма смотрел на неё, потом на пса и качал головой:
— А тебе чего? Я костей не ем...
Старый каменный дом почти в самом центре Канска Сергей приметил давно. Ещё когда работал на трассе, каждый рейс проезжал мимо и невольно сбрасывал скорость.
Резные наличники, широкое крыльцо, старые яблони во дворе – именно таким он представлял дом, в котором хотел встретить старость.
Когда он продал фуру и наконец рассчитался с долгами, оказалось, что дом выставлен на продажу. Прежний хозяин недавно умер, а его сын давно жил в Новосибирске и решил продать наследство.
Всё прошло на удивление гладко. Они продали свой старый домишко, добавили то, что осталось от продажи машины. И через два месяца Сергей с Мариной, Байкалом и Матильдой уже перевозили вещи. Только они не знали, что дом вовсе не пустовал...
За старым шкафом уже много десятков лет жил домовой Кузьма.
Он появился здесь ещё тогда, когда плотники закончили крыть крышу. Видел, как росли дети хозяина, как ушла из жизни его жена, как состарился сам хозяин и как однажды дом опустел совсем.
Последние годы Кузьма привык к тишине. Всё лежало на своих местах, никто не хлопал дверями, не двигал мебель и не шумел по вечерам.
И вдруг... Во двор въехала машина и из неё высыпала целая семья: собака, кошка, чемоданы, коробки.
— Вот ведь наказание... — проворчал Кузьма, прячась за шкаф. — Жил же спокойно...
Сергей с Мариной были в восторге. Они и представить не могли, что когда-нибудь будут жить в таком просторном доме.
— Посмотри, какой шкаф! — восхитилась Марина. — Настоящий дубовый. Надо переставить его в спальню.
Сергей упёрся плечом, попробовал сдвинуть шкаф с места, но тот даже не шелохнулся.
— Ладно, пусть пока здесь стоит. Потом разберёмся.
За шкафом Кузьма облегчённо перевёл дух.
Матильда, едва переступив порог, вдруг насторожилась. Медленно подошла к шкафу, обошла его кругом, села напротив и уставилась в пустоту. Её глаза, ярко-голубые на свету, потемнели и расширились.
— Чего уставилась? — проворчал Кузьма. — Домового никогда не видела?
Кошка тихонько замурлыкала, медленно протянула лапу и коснулась чего-то невидимого. Затем вдруг подпрыгнула, словно кто-то дёрнул её за хвост.
— Это ещё что? — удивился Сергей. — Мышь, что ли, учуяла?
К шкафу подошёл и Байкал. Он долго принюхивался, потом сел рядом с Матильдой и тихонько заскулил.
— Да что вы там нашли?
Сергей заглянул под шкаф, распахнул дверцы. Пусто.
— Никого нет.
Марина задумчиво посмотрела на животных.
— Это ты никого не видишь. А они, похоже, что-то чувствуют...
Первые дни прошли спокойно. Кузьма из своего убежища наблюдал, как новые хозяева обживаются. Они раскладывали вещи, вешали занавески, мыли окна. К счастью, шкаф больше никто не двигал.
Только Матильда время от времени приходила к нему. Садилась напротив, мурлыкала и пыталась поймать лапой что-то невидимое. Иногда она приносила ему свои игрушки и оставляла у шкафа, будто приглашая поиграть.
— Некогда мне с тобой баловаться, — ворчал Кузьма.
Байкал тоже приходил. Он просто сидел рядом и смотрел на шкаф, как будто ждал чего-то.
Иногда он приносил косточку и клал её у шкафа. Кузьма смотрел на неё, потом на пса и качал головой:
— А тебе чего? Я костей не ем...
Потом начались странности.
Сергей с утра не мог найти ключи от машины. Обыскал все карманы, прошёлся по комнатам, заглянул под диван.
— Марина, ты мои ключи не видела?
— Нет. Ищи там, куда обычно кладёшь.
— На полку у двери.
Но на полке ключей не было.
Нашлись они только к вечеру. Лежали на подоконнике в дальней комнате, куда Сергей в тот день вообще не заходил.
— Сам положил и забыл, — пробормотал он, хотя был совершенно уверен, что не клал.
Через день пропали очки Марины, потом записная книжка Сергея. Вещи стали пропадать с завидной регулярностью.
Однажды они проснулись ночью от стука. Кто-то методично стучал по батарее. Сергей лежал с открытыми глазами, прислушиваясь.
— Дом чудит, — прошептал он Марине. — Старый, вот и скрипит, надо бы трубы проверить.
— Батареи сами по себе не стучат, — задумчиво ответила Марина. — Тридцать два раза.
— Ты считала?
— Считала.
Сергей посмотрел на неё, потом на Байкала, который сидел у шкафа и внимательно смотрел в угол.
— И животные какие-то странные…
Марина ничего не ответила.
С той ночи она начала разговаривать с домом. Не громко, так, как разговаривают сами с собой.
Входила в комнату и говорила: «Добрый день». Уходила спать: «Спокойной ночи». Готовила пирог – оставляла маленький кусочек на блюдце у шкафа.
— Ты с кем разговариваешь? — однажды спросил Сергей.
— С домом.
Сергей покрутил пальцем у виска, но ничего не сказал.
Потом Марина начала замечать, что пропадать стали только вещи Сергея. Её вещи всегда оставались на месте. Однажды она уронила клубок шерсти, и тот покатился под шкаф и вдруг остановился сам.
В другой раз она оставила на плите кашу и забыла, заговорившись по телефону. Когда вспомнила и прибежала на кухню, огонь был выключен. Сергей в то время работал в гараже. Марина постояла у плиты, потом негромко сказала:
— Спасибо.
В ответ тишина, только Матильда подошла к шкафу и потёрлась об него боком.
Постепенно новосёлы стали привыкать к особенностям дома, да и вещи стали пропадать всё реже.
Только иногда по вечерам Матильда вдруг соскакивала с места и начинала носиться по комнатам, гоняясь за кем-то невидимым. Байкал с радостным лаем бросался следом, сшибая половики и стулья.
Марина в такие минуты смеялась до слёз. А Сергей только разводил руками:
— Ну всё... Опять началось.
Через несколько минут в доме снова становилось тихо. Животные ложились возле шкафа, а Кузьма, переводя дух, ворчал:
— Вот же неугомонная... Совсем старика загоняла.
Однажды к ним в гости приехала дочь Марины Ольга с сыном Мишей. У мальчика была аллергия на кошку, но он очень по ней скучал, и Ольга иногда привозила его с ней поиграть.
Мальчику было пять лет, и старый дом произвёл на него впечатление настоящего замка. Он носился по комнатам, гремел дверьми, гонялся за Матильдой и без конца задавал вопросы:
— А это что? А здесь что? А туда можно?
Кузьма был ошарашен таким напором. Он пытался прятаться то в одной комнате, то в другой, но шумный ребёнок был везде и сразу.
— Этого ещё не хватало... Будто мне хвостатых мало.
Матильда сначала терпела, потом забилась под диван. Байкал тоже быстро понял, что играть сегодня не хочет, и забрался под кухонный стол, поближе к Сергею.
Только Миша не унимался: то искал кошку, то заглядывал под стол к псу, то снова мчался по дому.
Взрослые уже давно устроились на кухне за чаем и разговорами, а Кузьма чувствовал, что ещё немного – и его голова треснет. Этот неугомонный ребёнок сводил его с ума.
И когда мальчик на секунду остановился около лестницы на чердак, с интересом заглядывая наверх, крышка люка вдруг открылась с тихим скрипом...
Миша оглянулся по сторонам. Взрослых рядом не было. Любопытство пересилило, и он начал подниматься.
На чердаке, под самой крышей, тянулись толстые пыльные балки. Пахло старым деревом и бумагой. В углу стояла детская коляска, рядом стопки старых журналов и книжек с картинками.
На полу лежал свёрнутый старый матрас. Миша потрогал его. Мягкий. Он взял первую попавшуюся книжку, развернул матрас, присел и стал смотреть картинки. Читать он ещё не умел.
Из слухового окошка пробивался тусклый свет, создавая причудливые тени. Мальчику казалось, что он попал в настоящий старинный замок. Было очень тихо, только ветер едва слышно шуршал по крыше.
Через несколько минут, увлечённый картинками, он задремал. Люк чердака тихонько качнулся и медленно закрылся. В доме наступила внезапная тишина...
Лишь через полчаса взрослые поняли, что мальчика нет.
— Миша! — Ольга выглянула в коридор. — Где ты?
Тишина.
— Миша!
Началась настоящая паника. Сергей, обычно спокойный и рассудительный, теперь лихорадочно обыскивал каждый угол. Байкал носился из комнаты в комнату, тревожно поскуливая.
Ольга, бледная, как полотно, металась по дому, зовя сына:
— Миша, сынок… отзовись, прошу тебя… — её голос срывался на плач.
— Надо звонить в полицию, — наконец сказал Сергей.
От этих слов Ольга зарыдала уже во весь голос. Марина застыла посреди гостиной, её бил озноб.
— Он не мог уйти на улицу, — прошептала она. — Он здесь, в доме...
Оставшись в комнате одна, она бросилась к шкафу:
— Я знаю, что ты здесь... Если это ты... помоги нам, — голос дрожал, слёзы застилали глаза. — Пожалуйста...
Тишина.
— Сам виноват, — пробурчал домовой.
Марина опустилась на пол, прислонившись к шкафу. Она прижала руки к лицу, плечи затряслись.
— Он же совсем маленький…
За шкафом тяжело вздохнули. Потом тихонько скрипнули половицы.
— Ладно... — протянул Кузьма, — ишь, разревелись.
На секунду стало совсем тихо. Старый дом словно прислушивался к чему-то.
И вдруг Матильда резко вскочила. Шерсть на загривке встала дыбом, глаза засветились. Она метнулась к лестнице, взлетела по ступеням и замерла у люка, глядя на Марину.
Байкал тоже подбежал к лестнице и издал короткий, отрывистый лай.
— Сергей, — крикнула Марина. — Иди сюда!
Он ворвался со двора.
— Ну, что вы ещё придумали? Думаете он на чердаке? Крышка тяжёлая, он бы ни в жизнь её не поднял.
— А ты всё равно проверь, — потребовала Марина, вытирая слёзы.
Сергей, чертыхаясь, полез наверх. Крышка люка поддалась с трудом. В тусклом свете он увидел Мишку, спящего на старом матрасе, с книжкой в руках.
— Нашёл! — облегчённо крикнул Сергей. — Он здесь, спит!
Снизу донеслись рыдания и смех одновременно. Сергей осторожно поднял Мишу на руки. Уже спускаясь, он на секунду остановился и оглянулся вокруг.
Пыльные балки, старые вещи, тихий свет из слухового окна.
— Как он сюда залез?.. — пробормотал он про себя.
Вечером, когда Ольга с Мишей уехали, Марина долго сидела на кухне. Потом встала, отрезала кусок пирога, налила молока в блюдце и поставила за шкаф.
— Спасибо, — сказала она тихо.
Из-за шкафа раздался тихий скрип. Сергей вошёл на кухню, увидел блюдце.
— Это кому?
— Нашему соседу, — спокойно ответила Марина.
Сергей посмотрел на блюдце, на шкаф, на пса, который устроился рядом с таким видом, будто охраняет что-то важное.
— Ну... если сосед хороший, пусть остаётся.
Автор АНАТОЛИЙ ХРИСТЮХА
Источник: rzhaka.mirtesen.ru
Комментарии (0)
{related-news}
[/related-news]