Снайперская винтовка со штыком: от суворовского «штыка‑молодца» до международных правил войны
Снайперская винтовка со штыком — зрелище настолько необычное, что в него трудно поверить. И всё же штык-нож изготавливали даже для СВД, хотя вообразить, будто снайпер поднимается в штыковую атаку, почти невозможно. Именно с этой странности стоит начать разговор о традиции, которая когда-то заставила мировые державы собраться за одним столом и в буквальном смысле переписать правила ведения войны — из-за русских.
Ведь дело было вовсе не в снайперах. Причина крылась в ударе, которому русских солдат обучали особенным, ни на что не похожим образом. Достаточно взглянуть на старые кадры, где советские матросы идут в атаку, чтобы почувствовать, насколько глубоко эта наука въелась в военную культуру.
Молодец, не дающий осечек
В штыковую атаку русская пехота ходила с незапамятных времён, и не случайно самым знаменитым свидетельством тому осталось суворовское высказывание о «штыке-молодце». Логика той эпохи была проста: оружие оставалось ненадёжным и то и дело давало осечки, тогда как штык не подводил никогда.
Однако именно русский штыковой бой, каким его описывали наставления 1853 года и более поздние документы, разительно отличался от иностранного. Солдата тренировали наносить удар сверху вниз, в область живота, а затем опускать руками приклад винтовки. Приём этот трудно было назвать гуманным по отношению к противнику — и воевать с настолько безжалостным неприятелем не желал никто.
Женева против русского штыка
Ответ последовал в 1864 году, когда с намерением «приобщить к цивилизации» непокорных русских была созвана Женевская конвенция. Инициатором её выступил швейцарец Анри Дюнан, которому позже суждено было создать Красный крест.
Стоит признать честно: ничего дурного в самом документе не было. Подписанный между государствами договор преследовал цель облегчить участь больных и раненых, ведь оружие с каждым годом становилось всё опаснее и изощрённее, а всё это требовалось хоть как-то регламентировать — иначе положение простого солдата делалось совсем незавидным.
Но был у конвенции и второй, куда более острый пласт. На встрече 1864 года настояли, чтобы Россия отказалась от собственной тактики обучения солдат штыковому бою. Уступив международному давлению, страна приняла условия: прежний удар в живот заменили на более гуманный — в область груди.
От Суворова до устава РККА
Со временем, впрочем, сама потребность в штыковом бое падала год от года. Если при Суворове такая атака считалась одним из основных видов наступательного боя, то сегодня к ней не прибегает практически никто. Между этими двумя точками пролегли и промежуточные периоды, в которых старая наука не спешила отмирать.
Устав РККА тридцатых годов формулировал задачу без обиняков — конечной боевой целью пехоты в наступательном бою называлось:
разбить противника в рукопашной схватке
Не оставалась в стороне и техника — в 1944 году для Красной армии выпустили специальную винтовку Мосина с неотъёмным игольчатым штыком, известную как образец 1944 года. Оружие это выглядело закономерным продолжением традиции, ведь в штыковую ходили ещё со времён Гражданской войны — и белые, и красные.
Штык, который пережил свою эпоху
Подход не менялся и позже. К автоматам АК-74 полагался штык-нож, годившийся и как обычный клинок, и как штык в прямом его назначении. Солдат, отправлявшихся в Афганистан, тоже учили штыковому бою — сцены такой подготовки можно увидеть в фильме «9 рота».
Именно на этом фоне и появляется тот самый штык-нож для снайперской СВД, с которого начинался наш разговор. Сегодня подобные клинки выдают дежурным по роте или по КПП, патрулям и прочим военнослужащим, хотя вряд ли кому-то в современной войне действительно понадобится пристегнуть штык и подняться в атаку — скорее это исключение, чем правило.
Правила, которые больше никого не волнуют
В 1864 году штыковой бой был основой наступательной тактики, и именно поэтому вокруг «русского штыкового боя» ломались дипломатические копья, собиралась конвенция, вводились запреты. Но эпоха переменилась. Раз потребности в штыковой сегодня попросту нет, то и правила первой Женевской конвенции, некогда написанные ради того, чтобы обуздать русский удар сверху вниз, не интересуют больше ровным счётом никого.
Ведь дело было вовсе не в снайперах. Причина крылась в ударе, которому русских солдат обучали особенным, ни на что не похожим образом. Достаточно взглянуть на старые кадры, где советские матросы идут в атаку, чтобы почувствовать, насколько глубоко эта наука въелась в военную культуру.
Молодец, не дающий осечек
В штыковую атаку русская пехота ходила с незапамятных времён, и не случайно самым знаменитым свидетельством тому осталось суворовское высказывание о «штыке-молодце». Логика той эпохи была проста: оружие оставалось ненадёжным и то и дело давало осечки, тогда как штык не подводил никогда.
Однако именно русский штыковой бой, каким его описывали наставления 1853 года и более поздние документы, разительно отличался от иностранного. Солдата тренировали наносить удар сверху вниз, в область живота, а затем опускать руками приклад винтовки. Приём этот трудно было назвать гуманным по отношению к противнику — и воевать с настолько безжалостным неприятелем не желал никто.
Женева против русского штыка
Ответ последовал в 1864 году, когда с намерением «приобщить к цивилизации» непокорных русских была созвана Женевская конвенция. Инициатором её выступил швейцарец Анри Дюнан, которому позже суждено было создать Красный крест.
Стоит признать честно: ничего дурного в самом документе не было. Подписанный между государствами договор преследовал цель облегчить участь больных и раненых, ведь оружие с каждым годом становилось всё опаснее и изощрённее, а всё это требовалось хоть как-то регламентировать — иначе положение простого солдата делалось совсем незавидным.
Но был у конвенции и второй, куда более острый пласт. На встрече 1864 года настояли, чтобы Россия отказалась от собственной тактики обучения солдат штыковому бою. Уступив международному давлению, страна приняла условия: прежний удар в живот заменили на более гуманный — в область груди.
От Суворова до устава РККА
Со временем, впрочем, сама потребность в штыковом бое падала год от года. Если при Суворове такая атака считалась одним из основных видов наступательного боя, то сегодня к ней не прибегает практически никто. Между этими двумя точками пролегли и промежуточные периоды, в которых старая наука не спешила отмирать.
Устав РККА тридцатых годов формулировал задачу без обиняков — конечной боевой целью пехоты в наступательном бою называлось:
разбить противника в рукопашной схватке
Не оставалась в стороне и техника — в 1944 году для Красной армии выпустили специальную винтовку Мосина с неотъёмным игольчатым штыком, известную как образец 1944 года. Оружие это выглядело закономерным продолжением традиции, ведь в штыковую ходили ещё со времён Гражданской войны — и белые, и красные.
Штык, который пережил свою эпоху
Подход не менялся и позже. К автоматам АК-74 полагался штык-нож, годившийся и как обычный клинок, и как штык в прямом его назначении. Солдат, отправлявшихся в Афганистан, тоже учили штыковому бою — сцены такой подготовки можно увидеть в фильме «9 рота».
Именно на этом фоне и появляется тот самый штык-нож для снайперской СВД, с которого начинался наш разговор. Сегодня подобные клинки выдают дежурным по роте или по КПП, патрулям и прочим военнослужащим, хотя вряд ли кому-то в современной войне действительно понадобится пристегнуть штык и подняться в атаку — скорее это исключение, чем правило.
Правила, которые больше никого не волнуют
В 1864 году штыковой бой был основой наступательной тактики, и именно поэтому вокруг «русского штыкового боя» ломались дипломатические копья, собиралась конвенция, вводились запреты. Но эпоха переменилась. Раз потребности в штыковой сегодня попросту нет, то и правила первой Женевской конвенции, некогда написанные ради того, чтобы обуздать русский удар сверху вниз, не интересуют больше ровным счётом никого.
Источник: yaustal
Комментарии (0)
{related-news}
[/related-news]