Тик-Так
Animals
Котёнок вдруг высунул голову из сумки, посмотрел на Лену и тоненьким голоском мяукнул.
Этот звук пронзил её насквозь, а глаза котёнка, большие, доверчивые, словно о чём-то очень просили. Лена поспешила отвернуться…
Лена приехала в деревню на такси. Вещей пришлось брать много – всё-таки она собиралась провести там всё лето.
Недавно она попыталась получить в городском отделении Союза художников путёвку в Дом творчества, чтобы совместить приятный отдых с полезным трудом, но оказалось, что все путёвки на этот год давно распределены.
Лена не стала отчаиваться и решила организовать себе «творческий отдых» самостоятельно.
Тем более что подходящий вариант возник почти сразу – подруга Катя, работавшая в парикмахерской, рассказала, что одна из её клиенток ищет жильцов на лето.
У мамы этой клиентки есть дом в небольшой деревеньке всего в часе езды от города. Но она на три месяца вынуждена переехать к старшей сестре в соседний район, потому что сестра неудачно сломала ногу и теперь требует ухода.
А чтобы за домом был присмотр, Анна Ивановна (так звали маму клиентки) хотела сдать дом кому-нибудь под дачу. Да и лишние деньги, как говорится, не помешают.
Лена сразу ухватилась за это предложение и уже через несколько дней отправилась за город.
Деревня встретила её тишиной, нарушаемой лишь стрёкотом кузнечиков и далёким лаем собаки. Дом стоял на отшибе в окружении пышно цветущих яблонь, сладковатый аромат которых кружил голову и пробуждал в душе какую-то необъяснимую радость.
Из дома Лену вышла встречать Анна Ивановна, на вид немного усталая, но довольно шустрая старушка.
Она обняла Лену, как старую знакомую, хотя до этой минуты они даже не виделись, и бросилась помогать выгружать из такси вещи.
Лене было неудобно, особенно когда хозяйка принялась перетаскивать весь её скарб в дом, но Анна Ивановна только отмахнулась.
Покончив с вещами, она стала показывать Лене дом.
— Тут газ, тут вода, здесь посуда, всем можно пользоваться, — тараторила она, открывая и закрывая дверцы шкафов.
Кухня отделялась от основного помещения – большой просторной комнаты – тонкой перегородкой с открытым дверным проёмом, к которой примыкал небольшой тёмный закуток, где стояла только кровать.
В большой комнате, помимо старой «стенки», был круглый стол на толстых ножках, покрытый вязаной накидкой диван и огромный электрокамин с полкой – имитация настоящего камина.
По бокам от камина стояли два кресла, покрытые такими же накидками, как диван.
— Камин этот – баловство одно, — проворчала Анна Ивановна. — Дети на юбилей подарили, вот и стоит теперь. Если хочешь, можешь включать. Вы ж, городские, небось, любите всякое этакое…
Там сверху штучка такая маленькая светится, вишь? Сенсир, что ль, называется. Пальцем её трогаешь, и камин включается.
А сбоку крутилка такая меленькая – теплее-холоднее делать. Ну, разберёшься. Только смотри, за свет сама платишь.
Над камином, громко тикая, висели большие деревянные часы с длинным, почти достающим до каминной полки маятником, который тяжело раскачивался, словно каждый взмах давался ему с трудом.
— Эти часы, вишь, очень старые, — пояснила Анна Ивановна, — Их ещё мой дед в дом принёс. Говорили, будто они особенные – не просто время отсчитывают, а судьбу предсказывают…
Пока идут, всё, значит, хорошо. Потому надо смотреть, чтоб заведены были. Глянь сюда.
И Анна Ивановна показала, как надо заводить часы. Поскольку висели они невысоко, достаточно было воспользоваться небольшой скамеечкой, которая стояла рядом с креслом.
— А на случай, если часы надобно остановить – мало ли, по какой нужде, – тогда держи ухо востро да на часы поглядывай. Ежели сами по себе пойдут – что-то случится!
Анна Ивановна посмотрела на Лену и, заметив испуг в её глазах, улыбнулась:
— Да сказки это всё дедовы, не бери в голову. Это я так – вспомнила, как в детстве пугали с сестрой друг дружку.
Лена облегчённо выдохнула.
Последнее, с чем Анна Ивановна познакомила Лену, была роскошная застеклённая веранда. С веранды открывался изумительный вид на яблоневый сад, который, как отметила про себя Лена, так и просился на картину.
Перед отъездом Анна Ивановна вышла из дома и принялась звать свою кошку, которую намеревалась забрать с собой. Но кошка не отзывалась.
Тогда Анна Ивановна прибегла к уловке и достала из туеска приготовленную для кошки рыбку, и кошка неожиданно появилась, выбравшись из-под дома через небольшое отверстие.
— Та-ак! — сердито произнесла Анна Ивановна. — Вот ты где, значит. А ну-ка!
Встав на четвереньки, она просунула в отверстие руку и принялась шарить там. И вскоре вытащила белого с небольшими светло-серыми пятнышками котёнка.
— Ах, ты ж, зараза этакая! — воскликнула Анна Ивановна. — Спрятала всё ж таки одного. Полтора месяца назад, вишь, окотилась. Я думала, всех тогда нашла. А этого, пропустила, выходит…
— А куда делись котята? — спросила Лена.
— А то ты не знаешь, что с ими делают!
— Нет, не знаю…
Анна Ивановна наклонилась и что-то прошептала Лене на ухо, будто не хотела, чтобы котёнок подслушал.
— Как? — ужаснулась Лена.
— Ну, а куда ж их девать? В деревне и так кошек больше, чем людей. Испокон веку так делают.
— И его вы тоже?.. — спросила Лена, кивнув на котёнка, которого Анна Ивановна продолжала держать в руках.
— Я-то? Не, я к Петровичу по дороге занесу, он с этим и разберётся. А то, хочешь, бери его себе. Но только потом с собой в город заберёшь. Ну как?
— Да я… — Лена вдруг почувствовала что-то вроде неловкости вперемешку со страхом. — У меня вообще-то никогда не было… никаких… Когда я маленькая была, родители не разрешали, а потом…
В общем, как-то не сложилось, я даже не знаю, как с ними обращаться. Да у меня и времени не будет. К тому же, если с ним что-то…
Вон, у подруги был кот, а когда он… Знаете, как она переживала! Даже похудела килограмм на пять. Так что спасибо, но я, наверное, откажусь.
— Ну, гляди! Ладно, пора мне, а то на автобус опоздаю. На днях заеду, кой-чего забрать ещё нужно.
Анна Ивановна засунула котёнка в сумку, а кошку взяла под мышку. Котёнок вдруг высунул голову из сумки, посмотрел на Лену и тоненьким голоском мяукнул.
Этот звук пронзил её насквозь, а глаза котёнка, большие, доверчивые, словно о чём-то очень просили. Лена поспешила отвернуться…
Анна Ивановна ушла, а Лена вернулась в дом и стала распаковывать вещи. Однако мысль о котёнке назойливо крутилась в голове, пробуждая в душе гнетущее чувство вины.
В какой-то момент она не выдержала и, бросив всё, побежала на остановку.
Но там уже никого не было. Расстроенная, Лена шла назад. Надо было хоть спросить, где этот Петрович живёт – пошла бы к нему.
Можно, конечно, постучаться в какой-нибудь дом и спросить, но Лена решила, что это неудобно. И вообще, раз так случилось – значит, так надо, уговаривала она себя.
Вечером, когда солнце скрылось за яблонями, Лена включила камин – чтобы создать нужную атмосферу.
К этому времени ей наконец удалось изгнать из головы мысли о котёнке.
Она принесла из кухни табурет, поставила на него вазу с яблоками – прошлогоднего урожая, – которыми угостила её Анна Ивановна, приготовила на всякий случай нож и, забравшись с ногами на диван, принялась есть яблоки и читать книжку.
Вскоре глаза стали слипаться. Лена достала привезённый из дома плед и улеглась там же, на диване. Она решила, что здесь ей будет уютнее, чем в тесном закутке, где стояла кровать.
Однако уснуть долго не удавалось – часы тикали так громко, как будто кто-то над самым ухом постукивал молоточком по доске.
Наконец, не выдержав, Лена встала и подошла к камину. Протянула руку и поймала едва качнувшийся в сторону маятник. Часы остановились.
Тишина мгновенно окутала дом. Подумав, Лена выключила камин – нечего зазря электричество тратить.
Вернулась на диван, легла и мгновенно уснула…
Прошло не так много времени, как сквозь сон она вновь услышала гулкое и настойчивое тиканье. Лена открыла глаза.
За окном по-прежнему было темно. Но в комнате что-то светилось. Она повернула голову и увидела, что камин горит. Но Лена точно помнила, что выключила его. И часы остановила. А они идут…
«Ежели сами по себе пойдут – что-то случится», — вспомнила Лена слова Анны Ивановны, и внутри у неё всё похолодело.
— Кто здесь? — громко крикнула она и услышала какой-то шорох, от которого стало ещё страшнее, и Лена едва слышно прошептала: — Мамочки!
Снова наступила тишина. Только тиканье часов и мерцание камина.
Лена вылезла из-под пледа, подошла к камину и выключила его. Поймала рукой маятник и остановила часы. Но едва она снова легла на диван, откуда-то донеслось настойчивое царапанье, будто кто-то скребётся в дверь.
Лена вскочила, включила свет и схватила нож, лежавший на табурете возле вазы с яблоками. На цыпочках обошла кругом комнату, заглядывая под стол, в каждый шкаф «стенки» и даже под диван, на котором спала.
Заглянула в закуток, где стояла хозяйская кровать. Затем обследовала кухню и под конец даже вышла на веранду. Никого. Только тени деревьев плясали на стекле...
Утром Лена чувствовала себя разбитой, но решила не сдаваться. Она планировала выйти на пленэр, но небо затянуло тучами, и вскоре начался дождь – мелкий, грибной, тот самый, что создаёт незабываемую атмосферу.
Лена распахнула большие створки, чтобы впустить на веранду воздух, прозрачный и свежий, и снова залюбовалась видом на яблоневый сад, который теперь, покрытый влагой и освещённый ярким солнцем, казался поистине сказочным.
Лена установила этюдник, закрепила на нём лист грунтованного картона, достала краски и начала работать.
Кисть летала по холсту, словно жила своей жизнью. Наполненный влагой и запахом яблоневого цвета воздух смешался с запахом масляных красок, и это была самая изумительная смесь ароматов, которую только могла себе представить Лена.
К вечеру этюд был завершён. Лена посмотрела на него и улыбнулась – получился действительно хороший пейзаж.
В награду она налила себе бокал вина, села на веранде и долго смотрела на сад, пока сумерки не поглотили последние лучи солнца. Спать Лена легла в прекрасном настроении.
Однако ночью всё повторилось. Снова сами по себе пошли часы, нарушая тишину громким тиканьем, загорелся камин.
Лена проснулась. Но на этот раз она не стала кричать – просто сидела, сжавшись в комок, и ждала, когда всё это закончится. А потом с веранды донёсся стук, за ним – звон разбитого стекла.
Лена тихонько вскрикнула, подбежала к двери, но открывать её не рискнула – убедилась, что она закрыта на задвижку и, затаив дыхание, прислушалась.
Вроде тихо, только в доме часы продолжают громко тикать. Лена остановила часы, выключила камин и легла на диван, натянув плед на голову…
Утром на веранде её ждал сюрприз. Палитра лежала на полу, рядом – разбитая бутылочка из-под разбавителя, который уже успел испариться.
Кругом виднелись маленькие разноцветные пятнышки – будто какое-то маленькое существо специально вымазалось в краске и оставило на полу следы.
А на вчерашнем этюде, всё ещё стоявшем на этюднике, в нижнем углу красовался отчётливый отпечаток маленькой лапки.
Лене стало дурно. Она схватила телефон и позвонила подруге.
— Катя! Мне страшно, — прошептала Лена в трубку.
— Что случилось? — испуганно спросила подруга.
— Здесь призрак…
— Какой ещё призрак? С тобой всё в порядке?
— Нет, не в порядке! Я такое натворила… — всхлипывая, говорила Катя. — Я его не спасла.
— Кого не спасла?
— Котёнка.
— Какого ещё котёнка?
— Ма-а-аленького! — и Лена разрыдалась.
— Я что-то тебя не пойму, — растерянно пробормотала Катя. — Давай-ка я приеду к тебе, и ты мне всё спокойно объяснишь, хорошо?
— Хорошо-о-о! — провыла в трубку Лена…
Катя приехала через два часа.
— Ну, рассказывай! — потребовала она.
Лена рассказала об отвергнутом ею котёнке, с которым случилось ужасное, и теперь его призрак приходит к ней по ночам.
— Да ты просто… воздухом свежим надышалась – вон он тут какой! Плюс тишина, природа… Вот тебе и мерещится всякое, — предположила Катя.
— А следы на веранде?
— Ну, может кошка какая-то забралась – у тебя ж всё нараспашку.
— Нет, ты не понимаешь, — возразила Лена. — Это он – котёнок. Я должна была его спасти, но я не смогла. И теперь что-то случится.
— Да с чего ты это взяла?
— А с того! Идём, покажу.
Лена показала Кате часы над камином и рассказала то, что услышала про них от Анны Ивановны.
— Так и сказала – что-то случится? — переспросила Катя.
— Да, — ответила Лена.
— Сказки всё это.
— Хозяйка тоже так говорит. А почему тогда часы сами по себе идти начинают?
— Ладно, давай сейчас успокоимся, чайку попьём. А вечером…
С наступлением темноты Катя налила в блюдце молока и поставила его на каминную полку.
— Сомневаюсь я, что призраки пьют молоко, — заметила Лена.
— Мало ли – проголодается. Что он, не живой, что ли? — возразила Катя.
— Вот именно – неживой!
Но Катя лишь отмахнулась.
Потом они отодвинули немного диван от стены и спрятались за ним.
Через какое-то время Катя задремала. У Лены нервы были натянуты до предела, она напрягала слух, стараясь уловить малейший звук, но в доме стояла мёртвая тишина.
И Лена тоже едва не уснула, как вдруг кто-то принялся осторожно скрестись – то ли в дверь, то ли в стену.
Лена толкнула подругу локтем и прошептала:
— Слышишь?
— Что? — сонным голосом спросила Катя.
— Тихо ты! — шикнула Лена. — Слушай!
Царапающие звуки прекратились. Подруги осторожно выглянули из-за дивана.
Пристально вглядываясь в темноту, они увидели, как со стороны кухни по направлению к ним движется едва заметное белое пятно, медленно, бесшумно – словно плывёт над полом.
Пятно приблизилось к креслу и вдруг взмыло на стоявшую рядом с ним скамеечку, а с неё – прямо на кресло. Затаив дыхание, Лена и Катя смотрели, как оно поднялось выше, на спинку кресла, и с него перелетело на каминную полку, почти слившись с её светлой поверхностью.
Прошло несколько секунд, и электрокамин вспыхнул, а вслед за этим оглушительно затикали часы!
Лена зажала рот обеими руками, чтобы не закричать, а Катя вскочила и торопливо включила фонарик на мобильном телефоне.
Свет фонарика как будто растворился в темноте, и единственное, что увидели подруги, это два вспыхнувших жёлтых глаза.
Лена почувствовала, что сейчас потеряет сознание. Она завопила, не отрывая рук ото рта, и потому вместо крика, послышался только приглушённый писк.
Катя рванулась к выключателю на стене, зажгла свет и…
На каминной полке, сжавшись в комочек, сидел маленький белый котёнок. Он смотрел на них большими, испуганными глазами, будто сам не понимал, как тут оказался.
Котёнок повернул голову, посмотрел на блюдце с молоком, потом снова на подруг, будто колебался между желанием убежать и желанием погрузить мордочку в аппетитно пахнущее молоко.
Видимо, голод взял верх, и котёнок, словно забыв про людей, подошёл к блюдцу.
— Это он, — прошептала Лена.
— На призрака не похож, — отозвалась Катя, пытаясь унять дрожь в голосе. — Скорее, на хулигана. Глянь, это ж он камин включал, когда сенсор лапкой трогал – любопытно ему было, что это там светится.
А потом маятник толкал – он же вон какой блестящий, как ёлочная игрушка. Вот часы и начинали ходить.
Лена подошла к котёнку, протянула руку. Он не убежал, только вздрогнул всем тельцем. Она взяла его на руки, прижала к себе.
— Прости, — прошептала она. — Теперь я тебя не брошу…
Котёнок тихо мяукнул и уткнулся носом в её ладонь.
В обед приехала Анна Ивановна – как и обещала, забрать кое-какие вещи. Увидев у Лены на руках котёнка, она хмыкнула и покачала головой:
— Вот пострелёнок, я ж его до Петровича так и не донесла – сбежал, паршивец. Видать, так оно и должно было статься.
— Я только не понимаю, как он в дом пробирался, — сказала Лена.
— Так там, на кухне, за плитой, лаз есть из подпола, специально для кошки оставили. У меня ж всю жизнь кошки живут. Бывало, что и по две.
Вот он, видать, этот лаз и нашёл. Ну и что ты с ним теперь делать будешь?
— Оставлю себе, — сказала Лена.
— Ну и ладно, — одобрила Анна Ивановна.
— Правду бабка говорила, — шепнула Катя.
— Насчёт чего? — спросила Лена.
— Насчёт часов – мол, что-то должно случится. Видишь, у тебя впервые в жизни появился питомец.
— Да, ты права. А ещё я поняла, что иногда судьба даёт тебе второй шанс. Нужно только не побояться им воспользоваться.
— Согласна. А ты уже придумала, как назовёшь его?
Лена погладила котёнка и улыбнулась:
— Тик-Так.
Автор ВЛАДИМИР АНИН
Котёнок вдруг высунул голову из сумки, посмотрел на Лену и тоненьким голоском мяукнул.
Этот звук пронзил её насквозь, а глаза котёнка, большие, доверчивые, словно о чём-то очень просили. Лена поспешила отвернуться…
Лена приехала в деревню на такси. Вещей пришлось брать много – всё-таки она собиралась провести там всё лето.
Недавно она попыталась получить в городском отделении Союза художников путёвку в Дом творчества, чтобы совместить приятный отдых с полезным трудом, но оказалось, что все путёвки на этот год давно распределены.
Лена не стала отчаиваться и решила организовать себе «творческий отдых» самостоятельно.
Тем более что подходящий вариант возник почти сразу – подруга Катя, работавшая в парикмахерской, рассказала, что одна из её клиенток ищет жильцов на лето.
У мамы этой клиентки есть дом в небольшой деревеньке всего в часе езды от города. Но она на три месяца вынуждена переехать к старшей сестре в соседний район, потому что сестра неудачно сломала ногу и теперь требует ухода.
А чтобы за домом был присмотр, Анна Ивановна (так звали маму клиентки) хотела сдать дом кому-нибудь под дачу. Да и лишние деньги, как говорится, не помешают.
Лена сразу ухватилась за это предложение и уже через несколько дней отправилась за город.
Деревня встретила её тишиной, нарушаемой лишь стрёкотом кузнечиков и далёким лаем собаки. Дом стоял на отшибе в окружении пышно цветущих яблонь, сладковатый аромат которых кружил голову и пробуждал в душе какую-то необъяснимую радость.
Из дома Лену вышла встречать Анна Ивановна, на вид немного усталая, но довольно шустрая старушка.
Она обняла Лену, как старую знакомую, хотя до этой минуты они даже не виделись, и бросилась помогать выгружать из такси вещи.
Лене было неудобно, особенно когда хозяйка принялась перетаскивать весь её скарб в дом, но Анна Ивановна только отмахнулась.
Покончив с вещами, она стала показывать Лене дом.
— Тут газ, тут вода, здесь посуда, всем можно пользоваться, — тараторила она, открывая и закрывая дверцы шкафов.
Кухня отделялась от основного помещения – большой просторной комнаты – тонкой перегородкой с открытым дверным проёмом, к которой примыкал небольшой тёмный закуток, где стояла только кровать.
В большой комнате, помимо старой «стенки», был круглый стол на толстых ножках, покрытый вязаной накидкой диван и огромный электрокамин с полкой – имитация настоящего камина.
По бокам от камина стояли два кресла, покрытые такими же накидками, как диван.
— Камин этот – баловство одно, — проворчала Анна Ивановна. — Дети на юбилей подарили, вот и стоит теперь. Если хочешь, можешь включать. Вы ж, городские, небось, любите всякое этакое…
Там сверху штучка такая маленькая светится, вишь? Сенсир, что ль, называется. Пальцем её трогаешь, и камин включается.
А сбоку крутилка такая меленькая – теплее-холоднее делать. Ну, разберёшься. Только смотри, за свет сама платишь.
Над камином, громко тикая, висели большие деревянные часы с длинным, почти достающим до каминной полки маятником, который тяжело раскачивался, словно каждый взмах давался ему с трудом.
— Эти часы, вишь, очень старые, — пояснила Анна Ивановна, — Их ещё мой дед в дом принёс. Говорили, будто они особенные – не просто время отсчитывают, а судьбу предсказывают…
Пока идут, всё, значит, хорошо. Потому надо смотреть, чтоб заведены были. Глянь сюда.
И Анна Ивановна показала, как надо заводить часы. Поскольку висели они невысоко, достаточно было воспользоваться небольшой скамеечкой, которая стояла рядом с креслом.
— А на случай, если часы надобно остановить – мало ли, по какой нужде, – тогда держи ухо востро да на часы поглядывай. Ежели сами по себе пойдут – что-то случится!
Анна Ивановна посмотрела на Лену и, заметив испуг в её глазах, улыбнулась:
— Да сказки это всё дедовы, не бери в голову. Это я так – вспомнила, как в детстве пугали с сестрой друг дружку.
Лена облегчённо выдохнула.
Последнее, с чем Анна Ивановна познакомила Лену, была роскошная застеклённая веранда. С веранды открывался изумительный вид на яблоневый сад, который, как отметила про себя Лена, так и просился на картину.
Перед отъездом Анна Ивановна вышла из дома и принялась звать свою кошку, которую намеревалась забрать с собой. Но кошка не отзывалась.
Тогда Анна Ивановна прибегла к уловке и достала из туеска приготовленную для кошки рыбку, и кошка неожиданно появилась, выбравшись из-под дома через небольшое отверстие.
— Та-ак! — сердито произнесла Анна Ивановна. — Вот ты где, значит. А ну-ка!
Встав на четвереньки, она просунула в отверстие руку и принялась шарить там. И вскоре вытащила белого с небольшими светло-серыми пятнышками котёнка.
— Ах, ты ж, зараза этакая! — воскликнула Анна Ивановна. — Спрятала всё ж таки одного. Полтора месяца назад, вишь, окотилась. Я думала, всех тогда нашла. А этого, пропустила, выходит…
— А куда делись котята? — спросила Лена.
— А то ты не знаешь, что с ими делают!
— Нет, не знаю…
Анна Ивановна наклонилась и что-то прошептала Лене на ухо, будто не хотела, чтобы котёнок подслушал.
— Как? — ужаснулась Лена.
— Ну, а куда ж их девать? В деревне и так кошек больше, чем людей. Испокон веку так делают.
— И его вы тоже?.. — спросила Лена, кивнув на котёнка, которого Анна Ивановна продолжала держать в руках.
— Я-то? Не, я к Петровичу по дороге занесу, он с этим и разберётся. А то, хочешь, бери его себе. Но только потом с собой в город заберёшь. Ну как?
— Да я… — Лена вдруг почувствовала что-то вроде неловкости вперемешку со страхом. — У меня вообще-то никогда не было… никаких… Когда я маленькая была, родители не разрешали, а потом…
В общем, как-то не сложилось, я даже не знаю, как с ними обращаться. Да у меня и времени не будет. К тому же, если с ним что-то…
Вон, у подруги был кот, а когда он… Знаете, как она переживала! Даже похудела килограмм на пять. Так что спасибо, но я, наверное, откажусь.
— Ну, гляди! Ладно, пора мне, а то на автобус опоздаю. На днях заеду, кой-чего забрать ещё нужно.
Анна Ивановна засунула котёнка в сумку, а кошку взяла под мышку. Котёнок вдруг высунул голову из сумки, посмотрел на Лену и тоненьким голоском мяукнул.
Этот звук пронзил её насквозь, а глаза котёнка, большие, доверчивые, словно о чём-то очень просили. Лена поспешила отвернуться…
Анна Ивановна ушла, а Лена вернулась в дом и стала распаковывать вещи. Однако мысль о котёнке назойливо крутилась в голове, пробуждая в душе гнетущее чувство вины.
В какой-то момент она не выдержала и, бросив всё, побежала на остановку.
Но там уже никого не было. Расстроенная, Лена шла назад. Надо было хоть спросить, где этот Петрович живёт – пошла бы к нему.
Можно, конечно, постучаться в какой-нибудь дом и спросить, но Лена решила, что это неудобно. И вообще, раз так случилось – значит, так надо, уговаривала она себя.
Вечером, когда солнце скрылось за яблонями, Лена включила камин – чтобы создать нужную атмосферу.
К этому времени ей наконец удалось изгнать из головы мысли о котёнке.
Она принесла из кухни табурет, поставила на него вазу с яблоками – прошлогоднего урожая, – которыми угостила её Анна Ивановна, приготовила на всякий случай нож и, забравшись с ногами на диван, принялась есть яблоки и читать книжку.
Вскоре глаза стали слипаться. Лена достала привезённый из дома плед и улеглась там же, на диване. Она решила, что здесь ей будет уютнее, чем в тесном закутке, где стояла кровать.
Однако уснуть долго не удавалось – часы тикали так громко, как будто кто-то над самым ухом постукивал молоточком по доске.
Наконец, не выдержав, Лена встала и подошла к камину. Протянула руку и поймала едва качнувшийся в сторону маятник. Часы остановились.
Тишина мгновенно окутала дом. Подумав, Лена выключила камин – нечего зазря электричество тратить.
Вернулась на диван, легла и мгновенно уснула…
Прошло не так много времени, как сквозь сон она вновь услышала гулкое и настойчивое тиканье. Лена открыла глаза.
За окном по-прежнему было темно. Но в комнате что-то светилось. Она повернула голову и увидела, что камин горит. Но Лена точно помнила, что выключила его. И часы остановила. А они идут…
«Ежели сами по себе пойдут – что-то случится», — вспомнила Лена слова Анны Ивановны, и внутри у неё всё похолодело.
— Кто здесь? — громко крикнула она и услышала какой-то шорох, от которого стало ещё страшнее, и Лена едва слышно прошептала: — Мамочки!
Снова наступила тишина. Только тиканье часов и мерцание камина.
Лена вылезла из-под пледа, подошла к камину и выключила его. Поймала рукой маятник и остановила часы. Но едва она снова легла на диван, откуда-то донеслось настойчивое царапанье, будто кто-то скребётся в дверь.
Лена вскочила, включила свет и схватила нож, лежавший на табурете возле вазы с яблоками. На цыпочках обошла кругом комнату, заглядывая под стол, в каждый шкаф «стенки» и даже под диван, на котором спала.
Заглянула в закуток, где стояла хозяйская кровать. Затем обследовала кухню и под конец даже вышла на веранду. Никого. Только тени деревьев плясали на стекле...
Утром Лена чувствовала себя разбитой, но решила не сдаваться. Она планировала выйти на пленэр, но небо затянуло тучами, и вскоре начался дождь – мелкий, грибной, тот самый, что создаёт незабываемую атмосферу.
Лена распахнула большие створки, чтобы впустить на веранду воздух, прозрачный и свежий, и снова залюбовалась видом на яблоневый сад, который теперь, покрытый влагой и освещённый ярким солнцем, казался поистине сказочным.
Лена установила этюдник, закрепила на нём лист грунтованного картона, достала краски и начала работать.
Кисть летала по холсту, словно жила своей жизнью. Наполненный влагой и запахом яблоневого цвета воздух смешался с запахом масляных красок, и это была самая изумительная смесь ароматов, которую только могла себе представить Лена.
К вечеру этюд был завершён. Лена посмотрела на него и улыбнулась – получился действительно хороший пейзаж.
В награду она налила себе бокал вина, села на веранде и долго смотрела на сад, пока сумерки не поглотили последние лучи солнца. Спать Лена легла в прекрасном настроении.
Однако ночью всё повторилось. Снова сами по себе пошли часы, нарушая тишину громким тиканьем, загорелся камин.
Лена проснулась. Но на этот раз она не стала кричать – просто сидела, сжавшись в комок, и ждала, когда всё это закончится. А потом с веранды донёсся стук, за ним – звон разбитого стекла.
Лена тихонько вскрикнула, подбежала к двери, но открывать её не рискнула – убедилась, что она закрыта на задвижку и, затаив дыхание, прислушалась.
Вроде тихо, только в доме часы продолжают громко тикать. Лена остановила часы, выключила камин и легла на диван, натянув плед на голову…
Утром на веранде её ждал сюрприз. Палитра лежала на полу, рядом – разбитая бутылочка из-под разбавителя, который уже успел испариться.
Кругом виднелись маленькие разноцветные пятнышки – будто какое-то маленькое существо специально вымазалось в краске и оставило на полу следы.
А на вчерашнем этюде, всё ещё стоявшем на этюднике, в нижнем углу красовался отчётливый отпечаток маленькой лапки.
Лене стало дурно. Она схватила телефон и позвонила подруге.
— Катя! Мне страшно, — прошептала Лена в трубку.
— Что случилось? — испуганно спросила подруга.
— Здесь призрак…
— Какой ещё призрак? С тобой всё в порядке?
— Нет, не в порядке! Я такое натворила… — всхлипывая, говорила Катя. — Я его не спасла.
— Кого не спасла?
— Котёнка.
— Какого ещё котёнка?
— Ма-а-аленького! — и Лена разрыдалась.
— Я что-то тебя не пойму, — растерянно пробормотала Катя. — Давай-ка я приеду к тебе, и ты мне всё спокойно объяснишь, хорошо?
— Хорошо-о-о! — провыла в трубку Лена…
Катя приехала через два часа.
— Ну, рассказывай! — потребовала она.
Лена рассказала об отвергнутом ею котёнке, с которым случилось ужасное, и теперь его призрак приходит к ней по ночам.
— Да ты просто… воздухом свежим надышалась – вон он тут какой! Плюс тишина, природа… Вот тебе и мерещится всякое, — предположила Катя.
— А следы на веранде?
— Ну, может кошка какая-то забралась – у тебя ж всё нараспашку.
— Нет, ты не понимаешь, — возразила Лена. — Это он – котёнок. Я должна была его спасти, но я не смогла. И теперь что-то случится.
— Да с чего ты это взяла?
— А с того! Идём, покажу.
Лена показала Кате часы над камином и рассказала то, что услышала про них от Анны Ивановны.
— Так и сказала – что-то случится? — переспросила Катя.
— Да, — ответила Лена.
— Сказки всё это.
— Хозяйка тоже так говорит. А почему тогда часы сами по себе идти начинают?
— Ладно, давай сейчас успокоимся, чайку попьём. А вечером…
С наступлением темноты Катя налила в блюдце молока и поставила его на каминную полку.
— Сомневаюсь я, что призраки пьют молоко, — заметила Лена.
— Мало ли – проголодается. Что он, не живой, что ли? — возразила Катя.
— Вот именно – неживой!
Но Катя лишь отмахнулась.
Потом они отодвинули немного диван от стены и спрятались за ним.
Через какое-то время Катя задремала. У Лены нервы были натянуты до предела, она напрягала слух, стараясь уловить малейший звук, но в доме стояла мёртвая тишина.
И Лена тоже едва не уснула, как вдруг кто-то принялся осторожно скрестись – то ли в дверь, то ли в стену.
Лена толкнула подругу локтем и прошептала:
— Слышишь?
— Что? — сонным голосом спросила Катя.
— Тихо ты! — шикнула Лена. — Слушай!
Царапающие звуки прекратились. Подруги осторожно выглянули из-за дивана.
Пристально вглядываясь в темноту, они увидели, как со стороны кухни по направлению к ним движется едва заметное белое пятно, медленно, бесшумно – словно плывёт над полом.
Пятно приблизилось к креслу и вдруг взмыло на стоявшую рядом с ним скамеечку, а с неё – прямо на кресло. Затаив дыхание, Лена и Катя смотрели, как оно поднялось выше, на спинку кресла, и с него перелетело на каминную полку, почти слившись с её светлой поверхностью.
Прошло несколько секунд, и электрокамин вспыхнул, а вслед за этим оглушительно затикали часы!
Лена зажала рот обеими руками, чтобы не закричать, а Катя вскочила и торопливо включила фонарик на мобильном телефоне.
Свет фонарика как будто растворился в темноте, и единственное, что увидели подруги, это два вспыхнувших жёлтых глаза.
Лена почувствовала, что сейчас потеряет сознание. Она завопила, не отрывая рук ото рта, и потому вместо крика, послышался только приглушённый писк.
Катя рванулась к выключателю на стене, зажгла свет и…
На каминной полке, сжавшись в комочек, сидел маленький белый котёнок. Он смотрел на них большими, испуганными глазами, будто сам не понимал, как тут оказался.
Котёнок повернул голову, посмотрел на блюдце с молоком, потом снова на подруг, будто колебался между желанием убежать и желанием погрузить мордочку в аппетитно пахнущее молоко.
Видимо, голод взял верх, и котёнок, словно забыв про людей, подошёл к блюдцу.
— Это он, — прошептала Лена.
— На призрака не похож, — отозвалась Катя, пытаясь унять дрожь в голосе. — Скорее, на хулигана. Глянь, это ж он камин включал, когда сенсор лапкой трогал – любопытно ему было, что это там светится.
А потом маятник толкал – он же вон какой блестящий, как ёлочная игрушка. Вот часы и начинали ходить.
Лена подошла к котёнку, протянула руку. Он не убежал, только вздрогнул всем тельцем. Она взяла его на руки, прижала к себе.
— Прости, — прошептала она. — Теперь я тебя не брошу…
Котёнок тихо мяукнул и уткнулся носом в её ладонь.
В обед приехала Анна Ивановна – как и обещала, забрать кое-какие вещи. Увидев у Лены на руках котёнка, она хмыкнула и покачала головой:
— Вот пострелёнок, я ж его до Петровича так и не донесла – сбежал, паршивец. Видать, так оно и должно было статься.
— Я только не понимаю, как он в дом пробирался, — сказала Лена.
— Так там, на кухне, за плитой, лаз есть из подпола, специально для кошки оставили. У меня ж всю жизнь кошки живут. Бывало, что и по две.
Вот он, видать, этот лаз и нашёл. Ну и что ты с ним теперь делать будешь?
— Оставлю себе, — сказала Лена.
— Ну и ладно, — одобрила Анна Ивановна.
— Правду бабка говорила, — шепнула Катя.
— Насчёт чего? — спросила Лена.
— Насчёт часов – мол, что-то должно случится. Видишь, у тебя впервые в жизни появился питомец.
— Да, ты права. А ещё я поняла, что иногда судьба даёт тебе второй шанс. Нужно только не побояться им воспользоваться.
— Согласна. А ты уже придумала, как назовёшь его?
Лена погладила котёнка и улыбнулась:
— Тик-Так.
Автор ВЛАДИМИР АНИН
Источник: rzhaka.mirtesen.ru
Комментарии (0)
{related-news}
[/related-news]