Шанхай. Часть 1: Бунд и Пудун
Шанхай - крупнейший город мира (24 миллиона жителей) на Восточно-Китайском море в устье Янцзы. Можно было бы сказать - в провинции Цзянсу, но, как и показанные ранее Пекин и Тяньцзинь, это Город центрального подчинения. Шанхай явно не то место, которое нуждается в долгом представлении - долгим, 8 частей, будет рассказ о нём: далёкий от полноты, но охватывающий главное - русское наследие, вполне сравнимое с нью-йоркским или парижским. Начнём, однако, с фасада - набережной Бунд (или Вайтань) и делового центра Пудун (на самом деле Лицзяцзуй) по разные стороны реки Хуанпу. А в прошлой части (органично это в первый абзац не вплести) я рассказывал о народах Китая.
Крупнейший город - понятие расплывчатое: развитие инфраструктуры за последний век расширило пределы роста с миллиона жителей (этой отметки города прошлого достигали не раз) не до бесконечности, а до 20-25 миллионов, и на наших глазах, начиная с Мехико и Токио из школьных атласов, десяток городов Земли выросли до этого предела. Какой из них №1 - вопрос критериев, коих у Шанхая два, а то и три. Во-первых, все его жители - горожане: если большинство китайских мегаполисов охватывает сельскую округу размером с нашу неплохую область, то весь Шанхай (6341 км²), - треугольник со сторонами по 80-100км между Янцзы на севере и заливом Ханчжоувань на юге, - сплошь городская среда. Во-вторых, его окружает крупнейшая в мире агломерация Дельты Янцзы: Нинбо и Ханьчжоу на юге, Сучжоу, Уси и Чаньчжоу выше по течению, Наньтун и Чжэньцзян за рекой, замыкающий это всё с другого конца Нанкин (до него 270км) и ещё сотни городов поменьше с тонкими прожилками сёл вмещают 105 миллионов жителей. Одних только метрополитенов здесь 6, и между конечными соседних систем может быть ближе, чем внутри них. Третий аргумент, наконец, эстетический: все остальные города Китая смотрятся куда провинциальнее, да и много ли вам сходу скажут названия Гуанчжоу или Чунцин?! А что такое Шанхай - понятно на всех континентах независимо от сферы интересов и уровня образования, равно как и его "фасад" столь же узнаваем, как Уолл-Стрит, Елисейские поля или Red Square. Менее очевидно, если учесть, что "Шанхай" значит примерно Надморск, что фасад этот - речной: как в Петербурге, на большей части города близость моря выдаёт разве что экзистенциальная сырость, а до линии прибоя полсотни километров по прямой. Но и река - не Янцзы, а Хуанпу, впадающая в её 7-километровое русло примерно через 30 километров (из 97 километров всей своей длины). Течёт она параллельно взморью (без учёта заливов), а Вайтань - с материковой стороны, поэтому в переводе это Внешняя набережная. Бунд же слово не английское, но британское, из каких-то языков колониальной Индии, где означало отмель, с которой разгружаются суда. Свои бунды есть и в других городах, но The Bund - только здесь:
С севера её открывает 60-метровая стела Народным героям (1988-94) борьбы с врагами, угнетателями и стихией, поставленная на стрелке Сучжоу - узкого канала, когда-то бывшего рекой. В 1869 году здесь, на Консульских грязях (как народ прозвал илистый берег у Британского консульства) был устроен сад, в 1886 ставший Общественным парком - впервые на территории Китая с его тысячелетней культурой садов при дворцах! Считается, что это на его воротах висела надпись "С собаками и китайцами вход воспрещён!". На самом деле - с собаками и велосипедами, да и то где-то в середине таблички из 10 пунктов правил поведения. Достоверно же там были пункты "Парк предназначен для иностранцев" и "Нельзя входить персонам без респектабельного костюма", и главное тут именно костюм - солидный успешный китаец во фраке явно тут котировался больше, чем тягающий рикшу белоэмигрант. С красного 1949 года это просто парк Хуанпу, ворот у него нет вовсе, да и парком эти пять хворостинок сложно назвать. На них, однако, смотрит фасадами первый (по нумерации - последний) квартал Бунда:
Открывает его новостройка, своё существование оправдывающая деталями и интерьерами, здорово стилизованными под господствующее здесь ар-деко:
Одной из примет Века Унижений в Китае были концессии - городские районы и кварталы, временно (хотя сэры и месье наверно думали иначе) отчуждённые в пользу заморских стран. В них действовали законы страны-арендатора для её граждан (право экстерриториальности), имел все протекции их капитал, и даже строиться старались как дома. Это хорошо видно в Тяньцзине, где концессии имели Англия, Франция, США, Германия, Австро-Венгрия, Италия, Бельгия, Япония и Россия. В Шанхае концессий было 2-3 - Англии и США (вскоре объединились в Международный сеттльмент) и Франции, но во-первых появились они уже в 1840-х годах, после I Опиумной войны, а во-вторых каждая была крупнее и богаче всего тогдашнего Тяньцзиня. Бунд официально входил в Британскую концессию, но название Международный сеттльмент ему подходит как ничему другому: построить банк или офис тут стремилась всякая страна, крутившая деньги в Китае. Вот и рядом с новостройкой стоит (на кадре №3 в центре) французский Банк Индокитая (1914) - головной офис его ещё в 1875 году открылся в Париже, а филиалы действовали в Тяньцзине, Пекине, Шанхае, Сайгоне, Бангкоке, Пномпене и ещё десятках азиатских городов. Сейчас тут один из КНРовских банков:
По соседству ещё в 1856 году обосновался немецкий капитал в лице фирмы "Симмсен" (не путать и с "Симменсом"!). Но Германию из Китая прогнали ещё в Первую Мировую:
А на том же месте в 1920-22 годах построила 7-этажный офис британская судоходная компания "Глен Лайн". Вернее, она занимала первый этаж, а остальные сдавала арендаторам, важнейшим из которых было информационное агентство Военно-морского флота США. В 1949 его сменила Народная радиостанция, а к 1996 здесь уместнее оказался клиринговый центр:
Левее видно здание "Джардин Мэтиссон" (1920-22) - шотландской торговая фирмы, которая уже в 1843 году зашла сюда через Гонконг как бы не первой. При коммунистах, в 1955, её как-то очень органично сменило Управление внешней торговли Шанхая, в 1983 надстроившей сверху пару этажей. На первом этаже с 2009 года крупнейший в мире магазин элитный часов "Ролекс", куда таким голодранцам, как мы, заходить стало совестно. Ещё левее - узкие здания Страховой компании "Янцзы" (1917) и банка Йокогамы (1920-24). Заснять их "в полный рост" я забыл, со вторым зданием вообще ни единого кадра, так что вот лишь ар-декошная дверь "Янцзы":
Правый 15-этажный небоскрёбик (77 метров) на месте бывшего Немецкого клуба (1907) принадлежит Банку Китая (1936-37), который ещё в 1905 году появился как Большой Цинский банк (Дацин). В 1912 году, когда Империю Цин сменила Китайская республика, он получил нынешнее название, а в 1928 переехал из раздираемого кликами милитаристов Пекина в деловой Шанхай, спиной к остальному Китаю остававшийся деловым центром Азии. Тот же владелец у высотки и теперь, хотя головной офис при коммунистах вернулся в столицу. Точнее, даже в две: организация - в Пекин, а золото - в Тайбэй с эвакуацией Гоминьдана.
Рядом, по крыше те же 77 метров (но на 30 сантиметров выше!), а по шпилю все 83 метра, высится одно из главных зданий Бунда - бывший "Сассун-Хауз" (1926-29). Концессии Шанхая были не филиалами метрополий (как в Тяньцзине), а одним из узлов их империй, и даже в полиции здешней у англичан служили сикхи, а у французов - вьетнамцы. Не меньше белых людей здесь преуспели "багдадские евреи" - пишу в кавычках, так как Ближний Восток эти мизрахи (аравийские евреи) покинули ещё в 18 веке, образовав богатые общины в Бомбее и других портовых городах Британской Индии. От Багдада через Бушер и Бомбей до Шанхая и прошёл путь дома Сассун, "Ротшильдов Востока", чей основатель Давид Сассун в 1828 году покинул древнюю родину из-за конфликта с турецким пашой уже богатым человеком. "Столицей" империи его потомков, в 1890 и 1909 годах двумя ветвями дошедших до английского дворянства, оставался Бомбей, а в Шанхае они были скорее первыми среди равных с ещё несколькими мизрахскими семьями (например, Кадури).
13-этажный "Сассун-Хауз", их шанхайская витрина, вмещал деловой центр, отель "Катэй" (да, называть страну Чжунго Китаем - не наше ноу-хау, только в Европе это возвышенно-устаревшее слово) и, на самом верху, пентхаус Виктора Сассуна. Узким фасадом выходя на Бунд, несколькими подъездами здание тянется вдоль самой центральной в городе Нанкинской улицы:
Коммунисты в 1956 году оставили здесь только гостиницу и назвали её "Мир", а при Мао часто занимали её всю под свои штабы. В 2007-10 гостиница прошла капитальный ремонт, теперь называется "Fairmont Peace Hotel Shanghai", и хотя на возможных её постояльцев мы никак походили, внутрь прошли без малейших вопросов:
Главный холл со светящейся птицей встречает чеканными панно - видимо, современными:
По своей архитектуре Шанхай - в первую очередь один из мировых центров ар-деко, главного стиля 1920-30-х годов на Западе, лишь крайне опосредственно (иногда так определяют некоторые сталинки) проникшего в Советский Союз.
Более того, Шанхай - столица ещё и русского ар-деко: после Гражданской войны наши люди образовали тут общину в 20-25 тысяч человек, и попав сюда в основном как бесправные беженцы, к 1930-м уже неплохо встали на ноги. В бурно строящемся городе нашли работу многие архитекторы царской России от Александра Ярона из Ревеля до Владимира Ливина из Владивостока, и даже успели обучить себе на смену молодых. Помимо частных заказчиков, особенно любили их в фирме "Палмер и Тёрнер", ещё в 1891 году основанной в Гонконге двумя молодыми и при этом очень успешными архитекторами Клементом Палмером и Артуром Тёрнером. К 1920-м годам "P&T" стала если не самым массовым, то самым статусном застройщиком Шанхая, на Бунде создав 3/4 ансамбля и задав его общий стиль. Русские архитекторы тут выглядели "худшими из лучших", самыми слабыми в высшей лиге: лишённые права экстерриториальности, "P&T" они привлекались там, где надо было сэкономить. На Бунд не прорвался ни один из них, но это смог сделать художник - Виктор Подгурский.
Внук ссыльного польского шляхтича из села Кетское близ Нарыма, аккурат в 1914-18 годах он выучился на художника в Москве, а в начале Гражданской войны с братом Евгением бежал через Владивосток в Шанхай. Его картины, китайского быта и пейзажей почти сразу нашли покупателя, в 1926 году он провёл первую персональную выставку, а в 1928 году сплотившиеся вокруг Подгурского художники-эмигранты общей выставкой всему Шанхаю заявили о себе. На Бунде Подгурский оформлял интерьеры нескольких зданий в интернациональной команде художников, и что конкретно в "Сассун-Хаусе" сделано русской рукой - помнят разве что деловые переписки в каких-нибудь архивах.
Ну а для меня здесь произошло первое знакомство с архитектурой, о которой я прежде только читал. Ар-деко выглядит как звено тех традиций, которые у нас (хотя они были глобальными) называют "дореволюционной" и "советской":
Кадры выше - из коридоров первого этажа, а вот заснял ресторан сквозь стекло запертой двери:
Наверх мы поднялись лифтом с очень красивой рамой зеркала, а спускались - по лестнице с ещё более красивым полом:
Коридоры верхних этажей "Катэя":
Ещё один ресторан со сценой, на которой легко представить звёзд пекинской оперы во главе с "первой красавицей Китая", актёром женских амплуа Мэеем Ланьфаном (см. Пекин):
Ну и конечно как не выглянуть в окно - на пешеходную Нанкинскую улицу, по которой продёмся нескоро:
И на Хуанпу - по цифрам реку масштабов Клязьмы (расход воды 180 м3/с), но по факту - почти (400-500 метров) волжской ширины. Собственно, это и не совсем река - скорее, залив Янцзы по руслу. Впечатляюще широка и набережная, состоящая как бы из двух ступеней, причём верхняя ближе к реке:
Ну а напротив Вайтани - Пудун, что в общем-то формально верно. Только обозначает это название огромный район, уходящий на десятки километров к морю. Верно и то, что Пудун - новый центр Шанхая: прежде за рекой были какие-то предместья, поля, аналоги нашего "частного сектора", и даже отдельный уезд там учредили только в 1956 году. Пока в 1990 году лично Дэн Сяопин не объявил, что именно эти места станут локомотивом "экономического чуда" в Китае, и к 1993 в Пудуне был учреждён Новый район: так в китайском законодательстве называется часть города или провинции, где правовой режим регулирует напрямую центральная власть. В 1993 году Пудун стал особой экономической зоной - не первой в Китае, но в итоге - самой успешной. И всё то время, что я интересуюсь путешествиями, то есть уже так четверть века, я наблюдал, как меняется пейзаж за Хуанпу - по чужим фотографиям. В цветастых журналах, что я листал ещё подростком, уже были телебашня "Восточная жемчужина" (1990-94, высота 468 метров) и ступенчатая шипастая башня Цзиньмяо, в переводе "Золотого Процветания" (1994-99, 421 метров, 88 этажей), а через реку взирал на них землистый пролетариат в потёртых робах. Многочисленные 200-метровые башни на переднем плане появились уже в первых путеводителях, которые я покупал в 2000-х годах в "Библио-Глобусе" и "Доме книги" на Новом Арбате просто для расширения кругозора, без надежды когда-нибудь поехать в те места. "Пивная открывашка" Всемирного финансового центра (1997-2008, 491 метр, 101 этаж) уже фигурировала в ЖЖ, в том числе у
periskop, который поднимался наверх и показывал город с её смотровой площадки на высоте 472 метра. Ну а кручёная Шанхайская башня (2008-15), наконец, чаще фигурирует в запрещённых ныне соцсетях и Дзене... К концу 2010-х Азиатский Манхэттан более-менее сформировался, ну а Пудуном его называть всё же не совсем корректно: квартал даунтауна в узком смысле имеет собственное название Лицзяцзуй:
И да простят меня китайцы, но по мне так это один из самых некрасивых даунтаунов Азии - аляповатый и дисгармоничный. Здесь просто нет ансамбля - хаотичный выросший лес высоких башен, не впечатляющих даже своей огромной высотой - за гранью метров в 300-400 её уже перестаёшь различать. Интереснее панорамы тут её отдельные элементы - скажем, пара Цзиньмяо и ВФЦ хороша!
У подножья высоток - торговые и развлекательные центры, наверняка тоже с какими-нибудь мировыми рекордами:
Но как бы не больше блеска небоскрёбов впечатляет его контраст со старым, грязными баржами, снующими по Хуанпу туда-сюда с мерным урчанием. Мы долго вглядывались в них, пытаясь понять - они ржавые или деревянные? Или, может быть, вообще бетонные - как ни странно, это не такой уж редкий материал судовых корпусов! Никакой информации об этих безымянных трудягах, портящих селфи модным туристам, я найти не смог, как остались в безвестности имена миллионов шахтёров, рабочих, строителей, трудом которых выросла вся эта китайская мощь.
Взгляд назад, вниз по течению - туда, откуда мы идём. За устьем Сучжоу была неофициальная Американская концессия: появившись ещё в 1840-х и задав общие правила в Международном сеттльменте, в 1860-м году она юридически вошла в состав Британской. Дальше видна стеклянная "кастрюля" Морвокзала (2010), или точнее Shanghai International Cruise Ship Terminal (иначе не пафосно), который в ноябре-2024 мы почему-то видели пустым. Ещё чуть дальше, за высотками - бывшее Шанхайское гетто, начавшееся ещё при жизни Российской империи из её подданных, в годы Второй Мировой ненадолго ставшее центром еврейского мира. Но это всё я покажу только в последней части...
А пока - продолжим путь по Внешней набережной против течения Хуанпу. Нанкинская улица отделяет второй корпус гостиницы "Мир", до 1956 года - "Палас" (1907-08), самой большой и роскошной в Шанхае на момент постройки.
Левее, с колоннами - очередной банк (1922) и бывшая высотка (1920-24) редакции "North China Daily News", первой в материковом Китае англоязычной газеты, выходивший в 1850-41 годах. Здание впечатляет барельефами над входом:
Банк Тайваня (1924) представляет Японию, в 1896 году отвоевавшую этот остров у Цинского Китая. На его колонном, гипертрофированно-западном крыльце интересны львы:
Сделанные, однако, полностью по фэн-шую, как классические китайские ши-цзы - левый хранит спокойствие в духе инь, правый рычит в духе ян. Другое их прозвище - Стивен и Ститт по двум сменившимся в 1920-х директорам банка, один из которых славился крикливостью, а другой - сдержанностью. Правда - другого банка, до которого дойдём чуть позже:
Мимо следующего здания, на соседей не похожего наивной провинциальностью облика и тёплым оттенком комней, мы пройти не могли - ведь это Русско-Китайский банк (1899-1902), единственный представлявший далёкую родину на этом фасаде жизни:
Причём облик его определил вкус заказчика - проектировали здание немцы, до этого работавшие в Японии. Более того, для своих времён это было как бы не лучшее здание Бунда - потому что теперь, уже 110 лет как без первых хозяев, оно на Вайтани одно из старейших.
Сам Русско-Китайский банк был учреждён в 1895 году в Петербурге, в том здании на Невском, где теперь Елисеевский магазин, под "проект Желтороссия". Япония тогда нанесла Китаю сокрушительное поражение в войне, а европейские державы в лице России, Франции и Германии внаглую увели себе её победу, надавив на Токио в Тройственной дипломатической интервенции. Немцы взяли себе Циндао, наши - Квантунский полуостров с Порт-Артуром, а под такое дело навязали Цинскому правительству ещё и концессию на строительство Китайско-Восточной железной дороги с Южно-Маньчжурской ветвью, в узле которых начал расти Харбин. Всё это, конечно, требовало финансовой инфраструктуры, и новый банк возглавил князь-ориенталист Эспер Ухтомский - сторонник того самого "алхимического брака с Востоком" по Пелевину, писатель и публицист, спутник цесаревича Николая в его Восточном вояже 1890-91 годов. Ещё в учредительный совет вошёл Алексей Путилов, владелец крупнейшего в Петербурге завода, но больше - всякие французы, надолго ставшие проводниками России в Шанхае - ведь и эмигранты позже расселились в основном по французской концессии. Здание на Бунде строилось изначально как головной офис, но... вот американцы раньше были мудрее и изобрели поговорку "не загоняй никого туда, откуда он сможет выйти только через твой труп": унижение, которому подвергли Японию, сделало новую войну вопросом времени, причём в силу геополитических раскладов (главным яблоком раздора была Корея) - именно войну с Россией. Что было дальше - вы и сами знаете, а если не знаете - ну почитайте например мои посты про Русское кладбище или укрепления Порт-Артура. К оставшемуся в итоге обрубку Желтороссии царь-романтик с татуировкой дракона (сделанной как раз во время его вояжа в Японии) быстро охладел. Инфраструктура Русско-Китайского банка для того, что осталось, выглядела избыточной, а в 1910 году он объединился с Северным банком в Русско-Азиатской банк. Один из самых успешных в Российской империи... да только сама империя неуклонно неслась в свой 1917-й год.
Ныне Русско-Китайский банк занят Шанхайский международным центром торговли валютой, и видимо поэтому режим тут несколько строже: хотя внутри красивые интерьеры с витражами и глубоким атриумом под стеклянной крышей, фотоаппарат доставать я даже в дверях не рискнул.
Дальше стоит бетонная новостройка эпохи КНР, а за ней последнее доКНРовское здание - Китайский банк коммуникаций (1945-48) в лучших традициях "рационального модерна" 1910-х годов.
Над которым нависает композиционный центр всего Бунда - Шанхайская таможня (1925-27), старшая сестра Московских высоток с 90-метровой башней. Крупнейшие в Азии исторические часы (диаметр 5,3 метра) строились по образцу Биг-Бена (которому уступают в размерах) отбивали ту же мелодию, пока коммунисты в 1949 году не заменили её на свой фактический гимн "Алеет Восток". При Сяопине восток вновь начал менять цвет, и "Вестминстерские четверти" вернулись... до 1994 года, когда Партия словно вспомнила, что весь этот капиталистический разгул вообще-то лишь "переходный период".
У входа в 1911-43 годах стоял памятник Роберту Харту, британскому дипломату, который приехал в Китай в 1853 году как переводчик, а в итог ушёл в жизнь Поднебесной так, что на карикатурах родины его изображали в кафтане-ханьфу. На самом деле он оказался как бы не самым эффективным проводником британского влияния, причём - с выгодой для обеих сторон, особенно - после 1863 года, когда стал генеральным инспектором Императорской морской таможенной службы Китая. Памятник, поставленный почти сразу после смерти Роберта, в итоге сломали японцы, и никто не восстановил. Теперь на главном здании "досяпоиновскогом" Шанхая мемориальная доска с встречей освободителей. В отличие от Пекина, 6-миллионый город, ковавший в разорённом Китае до 1/3 ВВП, держался до последнего, и в уличных боях 12 мая - 2 июня 1949 года Гоминьдан потерял до 150 тысяч бойцов. Оставшиеся, а их было втрое меньше, эвакуировались в Тайвань, а НОАК взяла более 1000 орудий, более сотни танков, десяток кораблей. Воевали в основном оружием полегче - как ни странно, Шанхай избежал серьёзных разрушений, да и в принципе выглядит так, будто не видел ни одной войны.
Здание таможни, действовавшей с 16 века. за время существования концессии обновлялось несколько раз, но по сей день используется по назначению.
В холле я заснял мозаичные джонки под куполом. Думаю, с обратной стороны и пароходы есть, но если кадр от входа сделать можно, то углубиться в зал уже никак:
Рядом с таможней капитолием высится на 60 метров Гонконгско-Шанхайский банк кооперации (HSBC). Шедевр "Палмера и Тёрнера" (1922-23), на тот момент это было второе по размеру банковское здание в мире, а современники называли его "самым роскошным от Суэцкого канала до Берингова пролива". Своё название банк получил по двум первым филиалам, открытым в 1865-66 годах. Роскошь зданий стала отдельной его "фишкой", а символом - Львы HSBC, те самые Стивен и Ститт, оригиналы которых стоят в Гонконге, а копии отливались в разных частях не раз. Шанхайские пропали при японцах, были воссозданы в 1997 году для музея, а в 2010 для банка, но почему-то сидят теперь у другого крыльца... Здесь же с 2010 года вместо них Бык Бунда, аватар Атакующего быка с Уолл-Стрит, символ бесконечного роста акций ("быки", если кто не знает, на бирже играют на рост, а на понижение - "медведи").
В 1956 году здание HSBC заняло Народное правительство Шанхая, год спустя здесь же принимавшее делегацию Советского Военно-морского флота. В 1990-м госслужащие съехали в отдельный комплекс дальше от реки, а сюда вернулся банк - но уже не HSBC (в нынешнем Китае один из самых успешных), а Банк развития Пудуна, сотрудники могли наслаждать плодами своей деятельности прямо из окон.
Фойе банка не слишком впечатляет, а в главный зал просто так не пройти. Самое интересное именно там - огромный купол снизу опоясывают мозаики, автором которых во многих источник называют знакомого нам Подгурского. В других - опровергают: в 1923 году, когда здание строилось, он определённо ещё статусом, а зал оформляли итальянцы по эскизам из Лондона. Но и датой работы Виктора Степановича, для которой он ездил перенимать опыт в Венецию, называют 1935 год - возможно, он руководил первой реставрацией? При КНР мозаики аккуратно забелили, чем и спасли от Культурной революции, спокойно очистив в 1990-х. Ну а полюбоваться ими можно хотя бы с улицы, через огромные окна:
Там изображены 8 городов, где были филиалы HSBC - Шанхай, Гонконг, Токио, Бангкок, Калькутта, Лондон, Париж и Нью-Йорк. Три последних видны с улицы, а схема у каждой мозаики одна: пейзаж города с самыми узнаваемыми зданиями и какая-нибудь местная богиня, будь то Статуя Свободы, многорукая Кали или заступница китайских рыбаков Манзу.
Что же до Подгурского, то судьбы большинства "шанхайцев" были несравнимо благоприятнее их соплеменников их Харбина: если там по следу Красной Армии приехал паровой каток репрессий, то отсюда многие вернулись в СССР добровольно и нашли себе место в нём. Виктор Степанович приехал в 1947 году, до 1956 преподавал в Казани, а на пенсии перебрался в Ташкент, где умер в 1969-м.
Пройдя кульминацию, движемся дальше. Самое невзрачное здание Бунда - бывшее Китайское торговое пароходство (1901) из голого красного кирпича:
Соседний дом (1905-08) держала не какая-то из великих держав, а скромная Дания - здесь находился офис её фирмы GN Store Nord (Большая Северная телеграфная компания), которая ещё в 1871 году протянула линию из Гонконга в Америку через Шанхай и Владивосток. Ну а Гаруда над крыльцом напоминает, что с 1995 года здесь обитает Бангкокский банк:
Острые крыши по соседству принадлежали Императорскому банку Китая (1897), первому в стране банку европейского типа вместо привычных "шаньсийских банков" - вполне современных на рубеже 18-19 веков, но так и оставшихся там (подробнее я рассказывал о них в Калгане). Теперь это старейшее здание Бунда:
Высокое здание рядом с ним - опять привет из Японии, бывший офис её судоходной компании "Ниссин" (1921-25):
На "Юнион-Билдинг" (1916) с башенкой на углу скинулись несколько страховых компаний, и это была первая в городе работа "Палмера и Тёрнера":
Шанхайский клуб (1909-11), начинавшийся в 1869 году с Клуба Корреспондентов, слыл самым пафосным общественным транспортом Британской концессии:
Попасть в его Длинный бар (34 метра) на втором этаже было успехом, но даже там держалась строгая иерархия - за столами с видом на Хуанпу отдыхали только тайпаны, как называли в Шанхае самым успешным белых людей. Теперь в общем тоже, с поправкой, что здание занял отель.
Завершает (точнее, открывает - это дом №1) Бунд угловой Макбейн-Билдинг (1916), названный по застройщику Джорджу МакБейну. Его первоначально арендовали нефтяники - "Роял Датч Шелл" и Азиатская нефтяная компания.
А вот такие за Бундом дворы - местами Шанхай выглядит просто удивительно стереотипно, но ты знаешь, что если из-за угла выйдут сейчас гангстеры Зелёной банды, тебя спасёт своим кунг-фу Брюс Ли или хотя бы Джеки Чан:
Напротив последних домов, симметрично со Стелой Народных Героев, у парапета стоит 37-метровая Сигнальная башня (1907), до 1956 года оповещавшая шедшие вниз по Хуанпу суда о приближении тайфунов.
Очень красивая и изящная, она вполне органично смотрелось бы у нас в эпоху русского модерна. На самом деле - ар-нуво, так как здесь, за улицей Янъань, начинается Французская концессия.
На нынешнем месте башня стоит с 1993 года... только вот переместили её тогда всего на 23 метра, для постройки пассажирского причала с небольшим торговым центром заодно.
Хуанпу можно пересечь разными способами: на пароме (переправ в черте Шанхая не меньше, чем мостов), на метро (как мы в итоге сделали) и даже по устроенному в 2000 году подводному тоннелю Бунда 646 метров длиной. По сути - что-то вроде "метро" в Шереметьево с вагонами на канатной тяге, которые 5 минут под музыку едут через сверкающий разными красками тоннель. По сути - не транспорт, а аттракцион, но даже для аттракциона цена под сотню юаней (под тысячу рублей) мне показалась неадекватной.
В сам Лицзяцзуй, по сути Новый Бунд, мы добрались только на ночь глядя - но пожалуй, в этом время здесь и стоит бывать.
Небоскрёбы ослепительно сияют в чёрном небе, а пешеходные эстакады над дорогами прогибаются под толпами людей:
"Жемчужина Востока" в списке высочайших телебашен на пятом месте, сразу после Останкинской башни, хотя и на 80 метров ниже неё, а в Китае - вторая после Гуанчжоу. Главная фишка "Жемчужины" - огромные сферы (нижняя 50 метров, верхняя 45) со всякими смотровыми площадками, магазинами и даже Музеем истории Шанхая. Над ними ещё маленькая Космическая капсула со стеклянным полом. Всё вместе - по сути дела ТРЦ, а сферам башни вторят сферы близлежащего отеля.
Не знаю, целенаправленно или случайно, но выглядит "Восточная Жемчужина" какой-то гигантской игрушкой:
Чуть в стороне - Большая тройка шанхайских небоскрёбов:
Вблизи их высоты сливаются, достигая предела восприятия, и самым интересным кажется Цзиньмяо:
Особенно - его ребристая верхушка в темноте:
Шанхайская башня впечатляет "двухкорпусным" устройством... и осознанием того, что на самом деле именно она - самое высокое здание мира. Вернее, формально только третья по метрам (634) и вторая числу этажей (130), однако у лидеров - башни "Мердека" в Куала-Лумпуре и "Бурдж-Халифа" в Дубаи, - есть ещё и высокие шпили. Чисто по крыше (583 метра) Шанхайская башня вровень с Дубайской, но при этом в ней самые высокие в мире лифты (до 578 метров) и смотровая площадка (546 метров), до которой они поднимаются с рекордной скоростью за 55 секунд. Стоит это на рубли около 2000, на которые я даже был готов раскошелиться... если бы к тому времени верхушки небоскрёбов не скрыла приморская хмарь.
Возможно, самый впечталяющий вид Шанхая:
Особенно - с толпами китайцев, пытающихся его заснять:
Ещё одна причина съездить на Лицзяцзуй - виды Старого Бунда, особенно - в яркой вечерней подсветке:
По Хуанпу снуют суда, круизные и рейсовые:
И как на дороги городов по ночам выходят транзитные фуры, здесь появляются танкеры и сухогрузы. Всё вместе - законченная композиция "труд и его плоды":
В следующей части расскажу про жизнь у подножья небоскрёбов, включая транспорт и общий колорит.
ВЕЛИКИЙ ЧАЙНЫЙ ПУТЬ-2024
Обзор поездки и оглавление серии.
Маньчжурия-2024. Другая поездка и её оглавление.
Общее о Китае
Русский Китай. История и обзор наследия.
Реалии Китая. Советы путешественнику.
Реалии Китая. Труд и быт.
Реалии Китая. Досуг и отдых.
Транспорт Китая и как им пользоваться.
Религии Китая.
Народы Китая.
Идеология Китая.
Китайский чай и его путь в Россию.
Бурятия (2012, 2022, 2024) - см. оглавление.
Монголия и Внутренняя Монголия - см. оглавление.
Северный Китай - см. оглавление.
Шанхай. Бунд и Пудун.
Шанхай. Колорит и транспорт.
Шанхай. Старый город, архитектура, история.
Шанхай, Французская концессия. Улица Хуахай (Жоффр).
Шанхай. Французская концессия.
Шанхай. Запад центра.
Шанхай, Британская концессия. Нанкинская улица и окрестности.
Шанхай. Янпу и Шанхайское гетто.
Ухань. Общий колорит.
Ухань. Учан.
Ухань. Ханькоу.
Янлоудун.
Долина Янцзы - будет позже.
Южный Китай - будет позже.
Источник: varandej
Комментарии (0)
{related-news}
[/related-news]