«Лягушка в обмороке» и «ляжка испуганной Машки»: Как появились самые странные названия цветов в истории
Цвет имеет удивительное свойство. Он способен вызывать эмоции, передавать настроения и даже формировать ассоциации. В мире дизайна и моды цветовая палитра играет важную роль. Однако наряду с привычными названиями оттенков, такими как «синий» или «зеленый», встречаются и весьма эксцентричные названия, например, «Лягушка в обмороке», «Блоха в родильной горячке», «дети Эдуарда» и другие не менее удивительные и смешные названия. Звучит как бред сумасшедшего, но еще пару столетий назад эти названия были в ходу у модников всей Европы. За каждым из них — удивительная, а порой и трагическая история, достойная отдельного романа.
Когда дизайнеры шутят: как «лягушка в обмороке» появилась в Яндексе
Рождение цвета - лягушка в обмороке.
Казалось бы, ну откуда взяться «лягушке в обмороке» в XXI веке, когда все вокруг строгое, технологичное и подчиненное пантонам? Однако эта история доказывает, что чувство юмора не чуждо даже IT-гигантам.
Дизайнеры разрабатывали новый стиль оформления сервисов, и названия вроде «светло-зелёный» или «темно-серый» казались им безнадежно тоскливыми. И тогда родилась шутка — назвать один из оттенков «лягушкой в обмороке». Так бледный серо-зеленый цвет, балансирующий между каменно-серым и болотным, получил свое звучное имя.
Дизайн в цвете - лягушка в обмороке.
Шутка оказалась настолько удачной, что прижилась. Более того, вскоре к «лягушке» добавилась «влюбленная жаба» — оттенок зеленого, который обычный человек назвал бы просто зеленым, но дизайнеры сочли, что это слишком банально. Сегодня «лягушка в обмороке» прочно заняла свое место в цветовой палитре, и мало кто задумывается, что начиналось все с внутреннего корпоративного юмора.
Из нимфы в Машку: как французская роза стала армейским мундиром
Цвет нежной розы - оттенок бедро испуганной нимфы превратился в цвет ляжка испуганной Машки.
Но если «лягушку» придумали современные айтишники, то корни остальных названий уходят в глубину веков — во Францию XVIII столетия, где причудливые имена для модных оттенков были настоящим искусством.
Роза прекрасного телесно-розового цвета стала поводом появления цвета под названием «бедро испуганной нимфы». Оттенок сопоставили с нежностью кожи, покрытой нежным румянцем, а модные аристократки быстро его перенесли на ткань. Это дошло и до России, только его использовали не в кругу высшей знати, а в армии. Павел I, известный своей любовью к армейским реформам, ввел новые мундиры, в которых подкладку повелел сделать нежно-розовой. Для формы командного состава использовалась ткань с желтоватым отливом, а для солдат – простой розовый, став цветом «ляжка испуганной Машки».
Так возвышенная нимфа превратилась в простонародную Машку, а изящный оттенок розы стал символом армейской униформы. История сохранила этот момент, а в современных каталогах его уже не найти.
«Сюрприз дофина»: когда грязные пеленки повлияли на моду
Цвет "детская неожиданность".
История «сюрприза дофина» — пожалуй, самая курьезная во всей цветовой палитре. За этим названием скрывается обычный желтовато-коричневый оттенок, который в народе метко прозвали «цветом детской неожиданности». Им обязаны наследнику французской королевской четы — Людовика XVI и Марии-Антуанетты. Новорожденный дофин в первый день своего появления на публике испачкал пеленку. Это был с одной стороны обычный процесс, но статус родителей, казалось, был «подмочен». Королева не растерялась, а с юмором сказала: «Вы только посмотрите на этот цвет!»
Этого оказалось достаточно. Придворные, в желании угодить королеве, на следующий день явились ко двору в платьях желтовато-коричневого цвета, который тут же окрестили «сюрпризом дофина». Так детская неожиданность породила один из самых необычных модных трендов своего времени.
К сочетанию светло-коричневого и желтого относится еще одно название цвета – «влюбленная жирафа». Только в нем еще присутствует рыжеватый оттенок, а появился он благодаря появлению маленькой жирафы в Ботаническом саду Парижа – подарок Махметма-Али королю Карлу X.
Блошиное многообразие
Блошиный цвет, названный так королем.
Красно-коричневый оттенок, который в России получил название «блоха в родильной горячке», пришел из Франции, где именовался просто и изысканно — «пюсовый» (от французского puce — «блоха»). И здесь снова не обошлось без королевской четы.
Легенда гласит, что близорукий Людовик XVI, увидев Марию-Антуанетту в платье из красно-коричневой тафты, воскликнул: «C'est la couleur des puces!» — «Это цвет блох!». Но слово короля – закон, поэтому красно-коричневый стал называться «блошиным», и придворные дамы быстро пошили себе наряды в этой цветовой гамме.
Благодаря модисткам и портным оказалось множество вариаций пюсового, так же как и их названий: «блоха в обмороке» — более бледный оттенок красно-коричневого; «мечтательная блоха» — мягкая, приглушенная версия. А вот оттенок «блоха в родильной горячке» придумали русские, он обозначал самый насыщенный вариант пюсового цвета. Видимо, наши соотечественники решили, что если уж блоха, то в самом драматическом состоянии.
«Дети Эдуарда»: трагедия, ставшая цветом
Пыльно-розовый цвет.
В отличие от большинства названий, история «детей Эдуарда» лишена юмора и полна мрачного драматизма. В 1483 году после смерти английского короля Эдуарда IV его сыновья — 12-летний Эдуард и 9-летний Ричард — оказались под опекой дяди, который сам метил на трон. Под предлогом защиты он отправил мальчиков в Тауэр, после чего развернул кампанию по признанию племянников незаконнорождёнными. Увенчав её успехом, дядя стал королем Ричардом III. Судьба же мальчиков осталась неизвестной — историки сходятся во мнении, что они были убиты в заточении.
Эта история потрясла Европу. Художники посвящали несчастным детям полотна, драматурги — пьесы. Особую известность получила картина немецкого живописца Хильдебрандта «Убийство сыновей Эдуарда IV», на которой старший брат был изображен в рубашке пыльно-розового цвета. Этот оттенок перенесли на сцену, а оттуда он шагнул в модную индустрию и стал называться «дети Эдуарда». Так трагедия XV века обессмертила себя в цветовой палитре.
«Кардинал на соломе», «маренго» и «паук-злоумышленник»
Цвета: кардинал на соломе, маренго, паук-преступник.
Сочетание желтого и красного назвали «кардинал на соломе» как сарказм над положением кардинала де Рогана, попавшего в тюрьму в XVIII веке. Его народ не любил, поэтому и придумал злорадную шутку. Модистки поддержали юмор и создали дамскую шляпку в тон названию, сделав ее из кардинальского гардероба, украшая ожерельем.
Цвет - кардинал на соломе - историческое событие.
Цвет формы военных породил название – «маренго» - серого с вкраплениями черного. Согласно истории, оно появилось благодаря цвету штанов Наполеона в битве при Маренго.
Цвет - паук, замышляющий преступление.
Неуемная фантазия французов дала еще одно странное название цвета – «паук, замышляющий преступление» — это черный с красноватым отливом цвет. Его описывали как глубокий, тревожный и мрачный с пугающим эффектом, который вызывает неприятные ощущения при одном виде. Название даже попало в литературу: в пьесе Петра Гнедича «В старом Петербурге» героиня Дарья Георгиевна, услышав комплимент своему платью, отвечает: «Вы знаете — этот цвет называется araignée méditant un crime». В переводе с французского это и означает «паук, замышляющий преступление».
К мрачным цветам, наверное, можно было бы отнести цвет «жандарм», который вызывает ассоциацию чего-то темного, но это не так. Им описывают оттенок голубого, потому что в конце XIX века он присутствовал в форме жандармов.
Жиразоль, гуляфный, накаратовый и другие забытые оттенки
Палитра цветов.
Помимо забавных названий с историями, существовали и просто необычные слова, пришедшие из иностранных языков.
Жиразоль — молочно-белый оттенок с внутренним розовым сиянием. Так когда-то называли благородный опал, который при освещении излучал блики всех цветов радуги благодаря особому преломлению лучей в нем.
Вороний глаз – черный цвет, используемый для пошива модных фраков, в которых требовалась высококачественная шерсть, потому что другая, низкого сорта, после нескольких стирок становилась рыжей.
Гуляфный — окраска спелых ягод шиповника. В Персии роза называлась словом «гюль», и отсюда пошло название цвета. Оно связано с «гуляфной водой» — дистиллятом из лепестков роз, который в XVIII веке использовали в кулинарии и даже в церковных обрядах. Его подвидом является магово-гуляфный – красно-розовый оттенок.
Накаратовый цвет.
Накаратовый — красновато-оранжевый оттенок, заимствованный из французского «nacarat». Похожий цвет — фернамбук — получил название от бразильского дерева, из древесины которого делали темно-красный краситель.
Цвет «парижской грязи» - это грязно-коричневый цвет, появившийся благодаря Марии-Антуанетте, когда она находилась в заточении. Соответственно своему новому месту, она заказала консьержке пошить ей платье не маркого цвета.
Амарантовый — красно-фиолетовый, чрезвычайно насыщенный цвет, названный в честь растения амарант. С греческого «амарантос» переводится как «неувядающий» — этот цветок действительно долго сохраняет яркость даже в сорванном виде.
Цвет - экрю.
Экрю — бежевато-серый оттенок, близкий к цвету натуральной шерсти. Французское «écru» означает «необработанный», «сырой» — так называли лен и шерсть до отбеливания.
Цвет - селадоновый.
Орельбурсовый — почти забытый тёмный бархатистый коричневый, который в переводе с французского означает «уши медведя». А селадоновый — бледный серовато-зеленый, получивший имя в честь героя пасторального романа «Астрея», который всегда украшал одежду муаровыми лентами именно такого оттенка. В честь закатывающихся перед смертью желто-рыжих глаз попугая появился «последний вздох жако», розовый оттенок – «резвая пастушка», грязновато-розовый – цвет «старой розы». Два контрастных цвета в первой половине XIX называли – «хромой».
Цветовая палитра со странными названиями.
Многие оттенки ушли в историю, и сразу трудно догадаться, о каком цвете идет речь, однако фантазия людей и события, с ними связанные, – это часть жизни.
Источник: salt.mediasalt.ru
Комментарии (0)
{related-news}
[/related-news]